Автор Михаил Дряшин
Комиссия эстонского парламента горячо поддержала ужесточение мер в отношении подрывных топонимов.
Вампиров, вурдалаков и прочую инфернальную нечисть, если верить поверьям и американскому кинематографу, начинает корёжить от святого распятия и имени Спасителя. Ничего они так не боятся. Пар валит из ушей, силы уходят на глазах. При продолжительной демонстрации креста и чтении молитвы мерзость может и вовсе сгинуть, а сам прародитель зла – отпрянуть навеки и более не показываться.
Столь велика сила символов – слов и изображений. Особыми молитвами, то есть словами, отчитывают одержимых. Оттого те слов и чураются. Да и вообще, вначале было Слово (Евангелие от Иоанна 1:1). В слове содержится великая сила, и бесноватые это очень хорошо чувствуют.
Посему и озабочены они в первую очередь словом, а не хлебом насущным. Хотя, казалось бы, экономика – по заветам «преподобного» Адама Смита – должна быть у них во главе угла. Ан нет. Слово важнее. Мы со стороны только диву даёмся такой озабоченности словами. В данном случае – топонимами.
Дело происходит в независимой процветающей Эстонии, которой осталось решить всего одну задачу. Всё остальное уже успешно решено.
Комиссия местного парламента – рийгикогу – по сельской жизни (видимо, есть и по городской) поддержала изменение Закона о топонимах и Закона о пространственных данных. Согласно поправкам, в случае если местное самоуправление отказывается изменить топоним, который не соответствует истории и культуре Эстонии, это может сделать профильный министр. Другими словами – насильственно, приказным порядком, невзирая на мнение жителей. К примеру, жителей русскоязычной Нарвы.
По словам председателя комиссии Свена Сестера, так будет, если используемый топоним чётко сопоставим с лицами, действовавшими против создания Эстонской Республики, сохранения её конституционного строя или восстановления её независимости, или если он иным образом не соответствует истории и культуре Эстонии.
«Например, улица или площадь носят имя оккупировавшего Эстонию лица, объявленного в СССР героем войны, или названы в честь события, от которого пострадала государственность Эстонии», – пояснил Сестер.
Понятие единолично оккупировавшего Эстонию лица красноречиво свидетельствует об оглушительной мощи эстонской армии.
Но дело даже не в этом. Обрёл хуторянин независимость – казалось бы, живи и радуйся. Пей «Вана Таллин» и килькой закусывай. Никакие топонимы ему не страшны. Напротив, ими можно гордиться, ибо они – свидетельства богатой событиями истории его самостийной отчизны. Дескать, тут шведы куролесили, тут их русские выгнали, а тут русские выгнали уже немцев, тут выгнали их опять, и всё такое прочее. Для экскурсовода – хлеб с маслом.
Однако посмотрит чухонец на русское название улицы – и дым из ушей валит столбом. Непроизвольно. Припадок падучей накатывает. Глаза из орбит вылезают. Как у упыря при дневном свете. И ничего с собой поделать не в состоянии. Безусловный рефлекс.
Имена собственные, как выясняется, обладают сокрушительной силой. Имена героев и исторических событий – в первую очередь. Слов одержимые боятся как огня, воспринимают их не иначе как колдовские заклинания, наводящие на чудское племя сглаз и порчу. Потому все дела и бросают, когда выпадает случай с символами поквитаться. Слова для них важнее реальности. И в чём-то они правы.
Хорошо хоть, расходы на покупку и установку новых дорожных указателей и табличек компенсируют из средств государственного бюджета. А то б вчистую прогорели.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.