Сегодня поговорим о таком весьма интересном явлении как украинские политические парадоксы.
Не всякий читатель поймёт, что это такое, хотя среди наших граждан есть весьма подкованные в политическом плане люди, но всё же пример привести придётся.
В 2019 году, когда Зеленский только пришёл к власти, украинцы, с которыми я имел возможность общаться, то есть украинские гастарбайтеры, находились в состоянии пэрэможной эйфории, ожидая от клоуна-президента небывалых свершений, а также неизбежного и очень скорого возвеличивания «нэньки» в просто глобальных масштабах. Буквально вот-вот…
В то лето в эфирах украинских условно оппозиционных телеканалов очень любил выступать Николай Янович Азаров с пафосными речами про великое будущее Украины и её огромный потенциал.
Украинские гастарбайтеры очень любили заряжаться пыхатостью от речей Азарова, хвалили его, но, как это ни странно, все как один, говорили мне, что против возвращения Николая Яновича на пост премьер-министра Украины, хоть некоторые и признавали, что он один из самых лучших украинских премьеров.
Но ни украинские телеведущие, которые вели беседы с Николаем Яновичем посредством интернет-связи, ни даже некоторые на тот момент действующие украинские политики из партии ОПЗЖ, на мой взгляд, не осознавали истинного отношения украинских граждан к бывшему премьеру, поскольку регулярно в эфирах мусолили тему возвращения Азарова, и утверждали, что большая часть украинского народа этого не просто желает, а ждёт.
В наличие таких вот украинских политических парадоксов украинские говорящие головы не то, что не верят, а даже, я думаю, и не подозревают о существовании таких весьма интересных явлений. Или просто не хотят знать.
В наше время я тоже наблюдаю наличие подобных украинских политических парадоксов.
К примеру, беглые украинские политики и депутаты, что сбежали в Россию после Майдана, искренне полагают, что на территории России есть довольно обширная, поддерживающая их аудитория.
Их логика проста: после Майдана в Россию переехало несколько миллионов граждан Украины, а после начала СВО ещё четыре миллиона граждан Украины.
И украинские политики, в основном, беглые регионалы, свято верят в то, что эти миллионы бывших украинских, а ныне, по факту, уже российских граждан, их поддерживают, и хотят их видеть либо в высоких креслах российского политического Олимпа, либо большими руководителями какой-то там новой Украины, которую Россия, естественно, обязана для беглых украинских политиков заново отгрохать в ущерб себе.
В отличие, от беглых регионалов, я с украинскими переселенцами общаюсь на регулярной основе, и могу с ответственностью заявить, что здесь работает точно такой же механизм украинского политического парадокса.
Переселенцы из Украины любят их, что говорится, на расстоянии. Точно так же, как украинские граждане до СВО любили Азарова, который толкал приятные для украинцев речи, сидя в России.
Украинские переселенцы тоже любили регионалов, а затем уже функционеров партии ОПЗЖ, когда те, находясь на Украине, в украинских студиях полемизировали или дрались с депутатами-нациками, а бывшие граждане Украины с интересом наблюдали всё это по телевизору в своих российских квартирах, съёмных или уже приобретённых.
Всё. На этом их любовь к украинским депутатам заканчивается.
Украинские переселенцы категорически против не только прихода их к власти в России, но и против даже проживания с ними в одной стране. И их понять можно: не для того они терпели лишения, переезжая в Россию и начиная свою жизнь заново, чтобы уже в новой стране увидеть во властных кабинетах тех же самых людей, которые довели их Родину до ручки, а их самих вынудили переехать.
И они опасаются в один прекрасный день проснуться в новой Украине, и ещё один раз оказаться в роли врачей в захваченном буйными пациентами сумасшедшем доме.
Но беглым украинским политикам всё это до лампочки. Они необучаемы, как и кастрюлеголовые. Одна их фракция всё так же мечтает о грандиозной политической карьере в России, а вторая требует от России ресурсных и финансовых вложений в очередной проект какой-то новой Украины.