Ксения суетилась еще с вечера. Завтра – выписка. В первую очередь, это радость, но и одновременно переживания.
Наконец, можно будет снять эту застиранную рубашку, рваненький больничный халат на завязочках и поесть вдоволь домашней пищи.
А с самого утра она выглядывала своего Петю. Там, под окнами, уже бродила толпень счастливых папаш, которые громко звали своих жён.
Те, кто посмелее, забирался на деревья, чтобы пообщаться с любимыми и рассмотреть получше наследников своих.
Петра еще не было, а значит, ни самой не переодеться пораньше в домашнее, ни сына не переодеть для выписки.
(Ссылка на начало и продолжение - в конце главы.)
- Господи скорее бы домой! – мечтательно говорила женщина. – Вот уж высплюсь, вот уж поем нормально…
Но Петра все не было и не было.
- Бабочкина, где твой-то? – спросила, запыхавшись, санитарка. – Да ладно, шучу. Бери пакеты. Один – для тебя, второй - для малого, а третий…
- Да, да, я поняла, - сказала, не дав договорить женщине, Ксения.
- И, побыстрее у меня, поняла? – приказала санитарка, выбегая из палаты. - Вас сегодня мнооого!
Ксения подбежала к окну, и помахала мужу руками. Потом, развернув один пакет, вынула свои вещи, примерила и заахала.
- Представь, Вер, не влезаю ни во что… - приговаривала она, пытаясь втиснуться в штаны.
Ксения и детское проверила, которое приготовила заранее, до родов.
- Смотри, какое бирюзовенькое, красивенькое, как раз к глазенкам Сашкиным, - восхищалась женщина, перебирая одеяльца, распашонки и пеленки.
*****
Вера, наблюдая за этими приятными сборами, опечалилась. Ее, как Ксюху, встречать никто не придет. Игорь даже не знает, что стал отцом. Матери она не нужна.
Поэтому, когда услышала, как кто-то на улице выкрикивает ее имя, даже не шелохнулась. Не про нее это.
Но, когда к женскому голосу присоединился мужской, подозрительно похожий на голос мужа, Вера вскочила с кровати.
К окну шла нерешительно, как бы боясь спугнуть приятное и так быстро разочароваться в своих надеждах.
- Вера, а это не тебя там зовут? – спросила Ксения, показывая рукой вниз, во двор.
*****
Она отошла от окна, уступая место Вере. И та нерешительно посмотрела, кто же это там, во дворе может ее звать.
Посмотрев, тут отпрянула от окна от неожиданности. Там стояли и смотрели на нее с улыбкой трое.
- Мягкова? Разве ты не Крутова! – вдруг услышала она сзади.
В палату вбежала все та же санитарочка. Вглядываясь в лицо Веры, она никак не решалась отдать ей три пакета.
- Крутова я, Крутова, - успокоила Вера растерявшуюся женщину. – Мягков, это фамилия мужа…
Санитарка, наконец, рассталась с пакетами и Вера, держа их в руках, вернулась к окну. Подняв пакеты над головой, она благодарно покивала головой стоящим внизу.
*****
Ксения, забыв о том, что время приближается к выписке, смотрела во все глаза на свою соседку и улыбалась.
- Как прикажешь понимать? Ты ж говорила, что у тебя здесь никого нет. Поэтому тебе и Славке пакет мужу заказала. Вот, смотри, что принес…
Вера, развернув пакет, увидела там женские и детские вещи.
- Да, это мои вещи, тебе подойдут. И Славику будет, во что одеться на выписку. Не в казенном же выписываться.
Вера чуть не заплакала, растрогавшись поступку женщины, о которой, по сути, мало что знала. Прижимая к себе пакет, она второй рукой обняла Ксению.
*****
Она тянула время, не зная, вернуться к окну или нет. А вдруг ей показалось, и там не Елена Александровна, Игорёк и мать…
А если и они, то, что вообще с ними делать. Выглянув, увидела, что все трое на местах и приветливо машут ей.
Вера обрадовалась, что ей не показалось. Она общалась с близкими знаками через стекло, боясь застудиться.
- Бабочкина, давай пакеты и готовься на выход, ты следующая!
В палату снова ворвалась санитарочка, которая была нарасхват. Она забрала пакет для малыша, и буквально вылетела.
Ксения быстро переоделась, и уже сидела наготове на кровати.
- Держи хвост пистолетом, а нос - по ветру! – сказала Ксения, услышав, что ее уже зовут на выход. – И не пропадай. Вот тебе мой телефон, позвонишь?
*****
Вера благодарно улыбнулась и, обняв соседку, сердечно попрощалась с ней. А когда та ушла, Вера снова подошла к окну.
Там уже никого не было. Только где-то у стены виднелась одинокая фигура Елены Александровны.
- Крутова, а вот и твой принц, принимай! Не забудь чаю с молоком попить!
Счастливая Вера, приняв сына, поцеловала его в щечку и быстро-быстро пошла с ним к окну. Повернув личико Славы, она, как и Елена Александровна, радостно улыбалась.
(Продолжение будет.)