Детство моё прошло в деревне Карпово в Московской области — юго-восток, городской округ Воскресенск. Если вы знаете о хоккейном клубе «Химик», то и о Карпово могли слышать.
Бабушка водила меня в церковь — совершенно обыкновенную, как мне тогда казалось. Прошло много лет, и я поняла: церковь была не вполне обыкновенная. Она была тоновская.
Константин Тон был родоначальником того, что мы сегодня называем русским стилем: это и Исторический музей в Москве, и Храм Христа Спасителя, и другие знаковые постройки.
Имя Константина Тона знакомо каждому, кто хоть раз задавался вопросом «а какова же русская архитектура?»
В своих работах Тон переосмысливал византийские традиции и исконное русское зодчество. То, что у него получалось, сильно полюбилось императору — Николаю I. Полюбилось настолько, что Тону доверили создать каталог типовых проектов церквей, которые предполагалось строить по всей империи.
Его стиль базировался на слиянии форм древнерусской и византийской архитектуры, а также на приёмах русского классицизма. Предполагалось, что этот неорусский стиль выразит идеи культурной самодостаточности России.
Художественное видение Тона совпало с политическими настроениями. Его работа была высоко оценена императором, и архитектору доверили не только храмы и правительственные здания, но и разработку проектов «типовых» церквей — тех, что должны были разместиться в маленьких городах и сёлах.
В 1838 году в Петербурге вышла книга с проектами церквей Константина Тона.
Возможно, именно этой книгой и вдохновлялся архитектор Николай Петрович Марков. Именно он работал над храмом в селе Карпово Коломенского уезда.
Прежняя деревянная церковь сгорела от удара молнии. Жители весьма богатого в то время села собрали деньги на строительство нового каменного храма — и в 1884 году в стороне от старого фундамента появилось скромное и компактное здание.
Можно представить, насколько заметным и нарядным выглядел новый каменный храм, пока его не окружали современные постройки.
Этот образец сельской церковной архитектуры чудом дошёл до наших дней в практически неизменном виде. Белоснежная церковь с крытой невысоким шатром колокольней и куполом на стройном, изящном барабане заметна издалека.
В ясную погоду любой человек, проезжающий мимо села, может увидеть блеск её золотых куполов.
Местная легенда гласит, что церковь не прекращала свою работу в годы советской власти, никогда не закрывалась и не становилась складом, клубом или музеем атеизма. Хотя некоторые из жителей сообщают противоположные сведения: якобы в церкви располагался магазин.
Интересно, что первым священником храма стал родной брат архитектора — Василий Марков.
Сам же архитектор в 1881 году окончил Московское училище живописи, ваяния и зодчества со званием неклассного художника архитектуры. Он был весьма плодотворен: церкви и доходные дома его авторства можно встретить в Москве и области.