Найти в Дзене
ТО да СЁ

“Всё, за что я воевал, пошло прахом!" М. Кантария (слева на фото)

Почему сегодня проблемы, или даже провалы с патриотизмом? Ответ прост и банален, но сначала немного истории... Ровно в 21 час 50 минут 30 апреля 1945 года при поддержке автоматчиков роты Ильи Сьянова над Рейхстагом было водружено Знамя Победы. За героизм и умелое руководство боем Василий Давыдов, Степан Неустроев, Константин Самсонов, Михаил Егоров и Мелитон Кантария получили звёзды Героя Советского Союза. Но наслуху почему-то всегда две фамилии: Кантария и Егоров. После войны и до смерти Егорова они были крепкими друзьями. В одном из интервью, за год до своей смерти (26.12.1993) Мелитон Варламович Кантария говорил, что завидует Егорову, так как тот умер до развала СССР и не видел всего, что творилось в начале 90-х годов. В частности, больше всего его огорчало то, что на останках СССР повсеместно начали вспыхивать конфликты на национальной почве. Единый народ, тот что "сломал шею Гитлеру" начал грызть сам себя. В том числе это коснулась и самого Героя. Грузин по национальности он жил в
Мелитон Кантария и Михаил Егоров со Знаменем Победы
Мелитон Кантария и Михаил Егоров со Знаменем Победы

Почему сегодня проблемы, или даже провалы с патриотизмом? Ответ прост и банален, но сначала немного истории...

Ровно в 21 час 50 минут 30 апреля 1945 года при поддержке автоматчиков роты Ильи Сьянова над Рейхстагом было водружено Знамя Победы. За героизм и умелое руководство боем Василий Давыдов, Степан Неустроев, Константин Самсонов, Михаил Егоров и Мелитон Кантария получили звёзды Героя Советского Союза. Но наслуху почему-то всегда две фамилии: Кантария и Егоров. После войны и до смерти Егорова они были крепкими друзьями.

В одном из интервью, за год до своей смерти (26.12.1993) Мелитон Варламович Кантария говорил, что завидует Егорову, так как тот умер до развала СССР и не видел всего, что творилось в начале 90-х годов. В частности, больше всего его огорчало то, что на останках СССР повсеместно начали вспыхивать конфликты на национальной почве. Единый народ, тот что "сломал шею Гитлеру" начал грызть сам себя. В том числе это коснулась и самого Героя. Грузин по национальности он жил в абхазии, где в начале 90-х разгорелся конфликт между абхазами и грузинами. Грузины массово бежали из Абхазии, опасаясь этнических чисток и Мелитону Кантария пришлось сделать то же.

Умер он в поезде от инфаркта - не выдержало сердце, когда ехал в Москву получать статус беженца, без имущества (уезжали в спешке, да и не возьмешь много) и денег ("сгорели" в сберкассах как и у всех). На похороны не пришел ни один чиновник...

К чему это я? Да к тому, что сейчас, когда Родине трудно, многие граждане отказываются поддержать, и даже наоборот сочувствуют нашим врагам, наконец-то власть вспомнила о воспитании патриотизма. Да, те меры, которые сейчас применяют, дадут эффект, но, к сожалению, не сразу.

На примере человека, который своим личным ремнем крепил Знамя Победы к крыше Рейхстага, мы видим, что на протяжении лет 10-15 после развала СССР патриотизм и ветераны ВОВ были никому сильно не нужны. Страна держалась на том, что воспитывалось еще в СССР. А потом началась пропасть, сегодня выросло поколение для которого такие вещи как патриотизм чуждые и незнакомые. И это страшно. "Гитлер, собака, сейчас бы счастлив был — увидев, что творится", - сказал в конце интервью Мелитон Кантария.

Я каждый понедельник являюсь участником поднятия флага РФ и исполнения Гимна РФ в школе где работаю. Преподаю "Разговоры о важном", участвую в еженедельных патриотических конкурсах и акциях со своими детьми. И эта системная работа даст свои плоды, но не сейчас. А сейчас пока ситуация такова: поздравляешь с учащимися ветеранов ВОВ, участвуешь в патриотических акциях, а дети не понимают до конца важности всего этого. Потому что такие вещи взращиваются с пеленок, и это не односторонняя работа, здесь должна еще и семья подключаться. Но сейчас имеем, к сожалению, позицию большинства: "Наша хата с краю", а то еще страшнее "Родина там, где ж... в тепле". Остается только верить в лучшее. Как говорится, ломать не строить