Церковь – сейчас единственная сила, которая может подействовать на сердце нашего народа. Ни Большой театр, ни Первый канал не имеют власти над сердцем человеческим.
Священство в отсутствии царя должно заместить царя. Царствовать над народом нашим. Без насилия. В этом суть Царства Божьего – «без насилия!» Царь никого не казнит оттого, что Ему не подчиняются. Царствовать в отсутствии царя должны священники.
И в этом смысле вспомним отца Иоанна Кронштадтского. Это самый важный человек в истории нашей. Он был священник. Но если он «священник» – то мы – нет. А если мы священники, то он – священник в кубе, он вообще какой-то космический священник.
Есть, конечно, много и других интересных священников. Но всех их обставил, обошел, вырос от земли на Небо – святой великий отец Иоанн Ильич Сергиев.
Я бы очень хотел, чтобы молитвами святого Праведного Иоанна Кронштадтского Господь разбудил бы все наше духовенство. Чтобы наше духовенство понимало, что «мы не просто паки-паки – гоните трояки» ... Молебен попели. Пиво попили. Пошли футбол смотреть.
Мы не для этого созданы. У нас есть одна архивеликая задача – привести людей к Богу. Привести людей к Богу! И молиться за людей нужно. Если слез нет, молиться с болью в сердце нужно. А если слезы Господь дал, то со слезами молиться за людей нужно. За наш благословенный, бедный народ. Потому что опять мы зашли в такой апокалиптический «клинч». В такой бой в лифте. Когда и не развернешься, и свят погас. Но бить врага нужно. Иначе он тебя зарежет. Нужно драться. Нужно иметь боевой дух и бодрую веру.
И духовенство должно совершать свой маленький священнический подвиг. Поднять народ в Духе. Чтобы люди поняли, что это слова великие: «Мы – русские. С нами Бог». Чтобы они наполнились смыслом в каждой душе. «Бог – наш генерал. И мы солдаты Божии». Сделать это должно духовенство. Потому что больше некому. Больше никто этого не сделает. К сожалению, только мы. «К сожалению» – потому что я знаю слабости наши. Я хорошо знаю, кто мы такие. Я слишком хорошо понимаю, что такое современный священник. В отличии от того, кем должен быть современный священник. И нужно помолиться отцу Иоанну, чтобы он разбудил нашу совесть. Чтобы он как Дед Мороз священнический постучал в каждую дверь. Каждому пастырю ночью приснился. И сказал: «Эй ты... Долго еще будешь дурака валять? Тебе уже пора чудеса творить». Тихон Задонский говорил, что к старости священники уже должны чудотворцами стать: «Стоишь у Престола Божия пятьдесят лет. Уже должен мертвых поднимать из гробов, а ты еще хуже становишься, чем был в юности».
Вот Иоанн Кронштадтский может разбудить священническую совесть. Чтобы мы начали уже, никого не боясь, проповедовать Правду Божию. Перестать уже жаться и изображать из себя девочку на балу. Говорить правду Божию большим и маленьким.
И служить службу часто. И плакать о людях. У нас всегда люди понимали, что всегда нужно, чтобы за народ кто-нибудь печаловался. Патриархов наших как называли? «Печальник о народе». Он должен печалиться о народе. Иметь в сердце вечную печаль о людях. Потому что одни – сироты, другие – без хлеба, третьи – в грехах. Четвертые – веры не имеют. Пятые – кормильца лишены. О людях нужно плакать. Ну кто будет плакать о людях? Парламент что ли? Госдума что ли будет плакать о людях? Ни о ком она плакать не будет. Дай Бог, чтобы они нормальные законы принимали. А плакать о людях может только духовенство. Обязательно нужно, чтобы кто-то плакал за людей.
Что бы и за меня кто-нибудь плакал. Мне очень нужно, чтобы кто-то поплакал за меня. Хоть один раз. И я должен плакать за людей. Мы же знаем, какая беда у этого... Что с этими творится... Мы знаем все. И мы должны плакать за людей. Это наша задача.
И я очень прошу тебя, отец Иоанн, чтобы ты обошел все наши дома, каждому священнику приснился и каждому в душу постучал. И каждого тряхнул за плечи. Каждому сказал: «Перестаньте валять дурака. Вы единственная надежда нашей Родины. Плачьте о людях. Служите службу. Проповедуйте Евангелие. И не придуривайтесь. Будьте настоящими священниками». И чтобы отец Иоанн каждому из нас сказал: «Будьте как я. Я был как Христос. А вы будьте как я!»