Изольда Тихоновна вытерла кефирные усики рукавом и поставила пустой стакан в мойку: – Так, – вслух произнесла она и задумалась. Три раза за сегодняшнее утро ей показалось, что в подъезде кто-то шумит, три раза выходила она на лестницу, и три раза на лестнице никого не было. – Что это, галлюцинации? Да какие галлюцинации, я абсолютно чётко слышала собачий лай! Но ведь собак-то у нас в подъезде нет… А кто тогда лаял?.. – Мама, с кем это вы там? – донёсся из комнаты голос её дочери. Старушка вздрогнула, ну вот, опять чей-то голос! – Да это я по телефону, – на всякий случай ответила она и села на стул. «По какому телефону? У меня и телефона то нет... А с кем я тогда говорила?..»
Изольда Тихоновна вытерла кефирные усики рукавом и поставила пустой стакан в мойку:
– Так, – вслух произнесла она и задумалась. Три раза за сегодняшнее утро ей показалось, что в подъезде кто-то шумит, три раза выходила она на лестницу, и три раза на лестнице никого не было.
– Что это, галлюцинации? Да какие галлюцинации, я абсолютно чётко слышала собачий лай! Но ведь собак-то у нас в подъезде нет… А кто тогда лаял?..
– Мама, с кем это вы там? – донёсся из комнаты голос её дочери.
Старушка вздрогнула, ну вот, опять чей-то голос!
– Да это я по телефону, – на всякий случай ответила она и села на стул. «По какому телефону? У меня и телефона то нет... А с кем я тогда говорила?..»
