«Пища для размышлений - al Muallaqat*»
Maha Malluh Сау́довская Ара́вия. Эр-Рияд. 2013
Одиннадцать обожженных кастрюль. Лувр в Абу-Даби
*al Muallaqat Муаллаки (также моаллакат; المعلقات,) — семь поэм на арабском языке, написанных в доисламскую эпоху. Название «муаллаки» означает «подвешенные оды» или «висячие стихи». По легенде, эти поэмы, в знак их признания, писали золотом на шелке и вывешивали у Каабы в Мекке. Название «подвешенные» можно понимать образно, будто эти стихи «парят» в уме читателя.
«Эти настоящие кастрюли долгие годы использовались для приготовления традиционного рагу из мяса коз. Почерневшие от использования над открытым огнем, они сохраняют следы своего прошлого, но и отпечаток историй, рассказанных во время традиционной трапезы кочевников.
Художник превратил кастрюли в визуальную поэму в дань классической арабской поэзии» (из описания сопровождающего экспонат)
Очень интересна игра смыслов названия «Пища для размышлений». Во-первых, кастрюля это вещь в которой готовят пищу, самую обычную народную, повседневную пищу, без которой человек не может жить. Во-вторых, это повод задуматься об истории народа, о трудной жизни простого человека, о кулинарных и бытовых традициях. В-третьих, любая трапеза сопровождается беседой, от обсуждения обычных ежедневных, малых, простых дел, до высокой поэзии и глубин философии на праздничном пиру. В-четвертых, это и «Пища для размышлений» о том, что может быть предметом искусства.
Я еще в детстве открыл для себя красоту старых сковородок и кастрюль. В их покорёженных временем и обожжённых пламенем днищах бывает столько правды, что не отыщешь во многих романах. Когда-то они были новыми и блестящими, но ежедневный тяжелый и монотонный труд утомил и согнул их. Они помнят спокойные тихие ужины и шумные попойки, помнят веселые дни рождения и угрюмые семейные ссоры, счастливые многолюдные свадьбы и скорбные поминки. В них отпечаталась вся наша жизнь. Только я так и не поднял не одной кастрюли и не рассказал ее историю людям. А этот Маха Малух сделал, и его работа висит в Лувре.
Особенно мне понравилась вот эта кастрюля. Здесь и живописность абстракций Малевича и фактурность контррельефов Татлина, энергия пропеллера перед стартом, а еще завораживающее вращение танца дервишей.
Еще мои статьи:
Выставка «Impressionism: Pathways to Modernity». Лувр в Абу-Даби
Французский импрессионизм и зима
Японский стул «Бабочка» из коллекции Лувра
Переворот живописи. «Мадонна с ирисом» Дюрера,
Какой вкус у легенды мировой живописи?
Сколько коров на картине Гогена
Cristiano Mangovo – гениальный художник из Анголы
“Шествие армянской общины” и Хуан Миро