Молодые люди, увлечённые беседой, не заметили, что небесный Владыка заставил небо хмуриться, затянув его лиловыми тучами. Лёгкий ветерок усилился и стал клонить деревья и кусты к земле, тревожно зашелестела трава. Старое дерево, расположившее позади беседки, недовольно заскрипело. В воздухе запахло дождём. Лишь, когда мелкая морось превратилась в крупные капли и забарабанила по крыше беседки, Селим и Нурбану огляделись, удивились и поспешили во дворец.
- Нурбану, вечером жду тебя в своих покоях, - прошептал любимой на ухо Селим, задержав в своих ладонях её руку.
- Я буду молить Всевышнего, чтобы вечер поскорее настал, - ответила Нурбану, кротко потупив взор. Её губы приоткрылись, щёки залил стыдливый румянец, грудь высоко вздымалась… Селим зашёлся от страсти…
Во дворец Манисы вновь вернулось безмятежное счастье. Селим служил во благо своих подданных. Нурбану занималась детьми, благотворительностью и продолжала лечение. Кира Эстер, исполнив поручение султанши, привезла ей заморское лекарство, на которое Нурбану возлагала большие надежды.
Однажды поутру, когда солнце уже взошло, но ещё не достигло зенита, к воротам дворца в Манисе подъехала карета, а за ней подтянулись две гружёные повозки. Поклажа была плотно укрыта и перевязана толстыми верёвками.
Дверцы экипажа распахнулись, и на подножку опустилась нога знатного человека в добротном коротком полусапоге из толстого красного сафьяна. Следом высунулась рука, затянутая в новенькую перчатку, из-под которой вызывающе блестел серебряный массивный набалдашник элегантной щёгольской трости. Иосиф Наси, коим был этот именитый господин, ступил на землю и, торопливо шагая, крикнул на ходу охранникам:
- Шехзаде Селим во дворце?
Услышав утвердительный ответ, он пошёл ещё быстрее.
Войдя в покои, торговец вежливо склонился в приветственном поклоне и обратил свой взор на шехзаде.
Отсутствие привычной благостной улыбки на лице Наси насторожило Селима.
- Дон Иосиф, сегодня Вы имеете очень обеспокоенный вид. Не дай Аллах, не случилось ли чего плохого с повелителем? – заволновался Селим.
- Шехзаде, Вы совершенно верно заметили мой смятенный вид. Повелитель, хвала Аллаху, здоров, однако, некоторые события последних дней заставили меня обеспокоиться. Это касается шехзаде Баязета.
Услышав имя брата, Селим нахмурился, в межбровье пролегла глубокая складка.
- Так вот, - продолжил торговец, - как мне стало известно, шехзаде Баязет воспользовался недовольством народа казнью шехзаде Мустафы и стал спешно собирать единомышленников, готовых поддержать его в бунте против повелителя. Также в его планах пойти на Вас войной, - без тени эмоций прозвучал его голос.
- Что Вы такое говорите, дон Иосиф? – пришёл в изумление Селим.- Откуда Вам это известно?
- Я узнал это от моих верных людей. У меня повсюду есть свои верные люди, шехзаде, - довольно ухмыльнулся магнат, поглаживая холёную бороду.
- Повелитель предупреждён, я надеюсь? – Селим метнул тревожный взгляд в сторону торговца.
- Не переживайте, шехзаде, у повелителя также повсюду свои верные люди, и ему известно о каждом вздохе своих подданных. А вот о планах падишаха, конечно, никому не ведомо, но защитить он себя сможет, уж поверьте мне, - невозмутимо сказал Наси. – Меня больше в данном случае беспокоит Ваша судьба, шехзаде. Не думаю, что повелитель готов вступать в конфликт между Вами и братом. Чаша терпения султана Сулеймана ещё не переполнилась, он многое спускает с рук шехзаде Баязету, вероятно, надеется урезонить его письмами и беседами. Однако, Вам, шехзаде, следует готовиться к неприятным событиям, - невозмутимое спокойствие Наси исчезло с последней фразой.
- Вы думаете, что шехзаде Баязет осмелится напасть на меня? – Селим бросил на Иосифа недоверчивый взгляд.
- Нет, шехзаде, я не думаю, я это знаю, - уверенно ответил Наси и устремил немигающий взгляд на Селима.
Не выдержав пронизывающего взгляда гостя, Селим отвёл глаза в сторону.
- Теперь о главном, - деловито сказал дон Иосиф, - я привёз Вам несколько сот кылычей (вид сабли) и ятаганов, а также аркебузы (стрелковое оружие) и несколько десятков современных мушкетов с кремневыми замками (устройство для воспламенения порохового заряда в огнестрельном оружии). Повозки с оружием стоят во дворе, думаю, в янычарский корпус их нужно отвезти ночью, чтобы не вызвать излишнее любопытство. Не далее, как через две недели, я пришлю Вам два десятка резвых скакунов. Я подумаю также, как их доставить, чтобы не привлечь внимания. Шехзаде, готовьтесь к сражению, и да хранит Вас Аллах! – поклонился Иосиф Наси.
- Дон Иосиф, примите мою искреннюю благодарность. Предупредив, Вы вооружили меня более, чем всем оружием, вместе взятым! И всё же в голове не укладывается, как шехзаде мог решиться на такое. Он окончательно потерял разум, - покачал головой Селим.
- Шехзаде, Вы же знаете, насколько импульсивен Ваш брат, и как велико его стремление к власти. Повелитель своим недавним решением обидел его, сделав вторым наследником. К тому же этот пресловутый закон Фатиха подстёгивает его. Однако, веди шехзаде себя по-другому, не выкажи он своей строптивости и неповиновения, повелитель не сделал бы такого скорого выбора, и всё могло бы сложиться иначе для шехзаде Баязета, - задумчиво промолвил Наси.
- И для меня тоже? – прищурился Селим.
- Мне это неведомо, - уклончиво ответил Наси. – Ну вот и всё, что я хотел Вам сказать, шехзаде Селим. Думаю, пришла пора мне откланяться, - вежливо сказал торговец и низко поклонился.
- Дон Иосиф, Вы много сделали для меня, просите, что хотите, - благодарно взглянул на него Селим.
- Ну что Вы, шехзаде, я рад служить такому достойному наследнику великого отца! Придёт время, дай Аллах крепкого здоровья султану Сулейману, и Вы по праву займёте престол. Вот тогда, я надеюсь, Вы не забудете своего раба Иосифа, - заискивающе промолвил Наси, посмотрев на Селима преданным взглядом.
- Если Аллах позволит случится этому, то Вы будете всегда рядом, дон Иосиф, - уверил торговца шехзаде Селим.
Услышав желанные слова, Наси низко склонил голову и попрощался.
По коридору он шёл уверенной походкой, задорно помахивая тростью. Иосиф Наси только что заложил основу своего светлого будущего с большими новыми возможностями.
Весь следующий день Селим не находил себе места. Снова сомнения и страхи стали терзать его. “А что, если и вправду Баязет нападёт на него? Почему повелитель не усмирит воинственного шехзаде? А может, он тоже решил посмотреть, кто окажется сильнее в сражении? Если шехзаде меня одолеет, султан Сулейман объявит его главным наследником? А если Баязет столь силён, что сместит с трона отца? Тогда меня и моего Мурада ждёт шёлковый шнурок”, - тягостные думы не давали ему покоя.
Ночь он провёл без сна, потому что, сомкнув на мгновение глаза, он видел дильсизов в чёрных масках с шёлковыми шнурками, идущих по коридорам дворца.
На следующий день, ближе к обеду, из Кютахьи прибыл гонец с письмом от шехзаде Баязета. Влажными от волнения руками Селим вскрыл тубу и прочитал послание с недобрыми словами:
“Шехзаде Селим, у меня язык не поворачивается назвать тебя братом. Если в твоей душе осталась хоть капля мужества, то в первый же день следующего месяца приезжай в Симав в полном вооружении, сойдёмся с тобой в честной битве. А если не пожелаешь, то я буду считать себя победителем, а тебя поверженным трусом.”
Селим яростно скомкал письмо и швырнул на пол.
- Газанфер-ага, - громко позвал он слугу, - принеси мне из кладовой ларец от Иосифа Наси, ты знаешь, какой.
- Слушаюсь, шехзаде, - покорно склонился ага и вышел из покоев шехзаде. Но направился он не за вином, а прямиком к Нурбану-султан.
- Госпожа, похоже, шехзаде не обойтись без Вашей помощи, - тихо сказал он ей, остановившись на пороге комнаты.
- Что случилось, Газанфер? – вскинула беспокойный взгляд на мужчину султанша.
- Шехзаде не спал всю ночь, ходил по покоям, так охранники доложили. А час назад из Кютахьи прискакал посыльный шехзаде Баязета. Прочитав письмо, шехзаде Селим отправил меня в кладовую за вином, - разложил всё по полочкам верный слуга.
- Спасибо, Газанфер, ты прав, шехзаде надо спасать, - сказала Нурбану и решительно вышла из комнаты.
- Где Газафер? – раздражённо спросил Селим у вошедшей фаворитки.
- Увидев Газанфера со шкатулкой, в которой лежала бутылка хмельного напитка, я отправила его назад. Селим, ты же говорил мне, что поклялся повелителю не употреблять более это гадкое зелье, - с укором посмотрела на него Нурбану.
- Как ты посмела сделать это? Я не собираюсь пить. Я же сказал, что бросил. Оставь меня и позови Газанфера, - Селим в негодовании сжал кулаки.
- Селим, ты сейчас в гневе. Но как только твой гнев остынет, ты будешь жалеть, что нарушил своё обещание. Может, кто-то и не увидит наших грехов, не узнает о них, человек может всем соврать, но себе не сможет. Человек не может убежать от себя, от своей совести Пусть шехзаде Баязет делает, что хочет. В один прекрасный день именно ты взойдёшь на престол, и я буду рядом с тобой! Помни, ты – луч света в глазах повелителя!
Нурбану раскраснелась, слова её пылкой речи, словно стрелы, вылетали и вонзались в воспалённый разум и смятенное сердце Селима, исцеляя их благодатью.
Нурбану внимательно вглядывалась в лицо Селима и наблюдала, как меняется его взгляд, вновь обретая уверенность и силу. Она победила! Измученная борьбой с тёмными сущностями, одолевшими Селима, Нурбану почувствовала свинцовую усталость и слегка пошатнулась.
- Нурбану, что с тобой? – подхватил её Селим, - присядь, выпей воды. Ты прости меня, я приношу тебе столько боли. В который раз ты спасаешь меня, твои мудрые слова вливаются в меня, словно живая вода! Я чувствую, как мелки и незначимы мои страхи и опасения. Я благодарю Аллаха, что он послал мне тебя, моя Нурбану! – проникновенно говорил Селим, присев на корточки перед своей женщиной и крепко сжимая её руки. – Нурбану, Баязет прислал мне письмо, он вызывает меня на бой, - поделился он, поднял с пола скомканный листок бумаги, расправил и подал его Нурбану.
Нурбану внимательно прочитала неровно написанные строки и невозмутимо сказала:
- Ну что ж, шехзаде, если Ваш брат так хочет сражения, так дайте его ему.
От удивления Селим попятился и упёрся в письменный стол. Он был уверен, что Нурбану расстроится, но, как всегда, спрячет свои чувства и станет настраивать его на благоприятный эмоциональный лад.
- Шехзаде, Вы умны и разбираетесь в военном деле, Ваша армия сильна и оснащена, как вы говорили, современным оружием. У Вас есть время, чтобы подготовиться к сражению. Я ничуть не сомневаюсь, что победа будет за Вами. Благослови Вас Аллах! – выдержанным и спокойным тоном сказала она.
- Да будет так! Аминь! – сказал обретший веру Селим.
…На следующий день ранним утром шехзаде направился в янычарский корпус.
- Омер-ага, ты посмотрел прибывшее оружие? На днях раздай его воинам. Скоро нас ждёт сражение, - сообщил он аге янычар.
- Мы отправляемся в поход, шехзаде? – заинтересованно взглянул на него ага.
- Нет, Омер-ага, в поход мы не идёт. На битву меня вызывает мой брат, шехзаде Баязет, - вздохнул Селим, и между агой и шехзаде произошёл доверительный разговор, в котором Селим поведал воину о намерениях брата.
- Омер-ага, увеличь время тренировок бойцов, проверь знания тактики ведения боя и обращения с вновь поступившим оружием. И ещё. Баязет хочет, чтобы я с армией явился в местечко Симав. Отправь несколько лазутчиков туда, умеющих составлять карты, пусть хорошо изучат окрестности, местность. Там протекает река, пусть узнают, насколько она полноводна, в каком месте есть брод. Когда вернуться, приходи ко мне с докладом, - давал Селим ценные указания аге.
- Слушаюсь, шехзаде, всё будет исполнено, позвольте Вас заверить, у врага не будет ни одного шанса на победу, - загорелись глаза янычара.
У Селима при слове “враг” кольнуло в сердце, и он, поморщившись, потёр левую грудь рукой.
Вернувшись во дворец, он позвал к себе Газанфера-агу и приказал готовиться к предстоящему бою.
- Газанфер-ага, я хочу вспомнить давние тренировки, не забыл ли я технику владения мечом, сразимся завтра с тобой? – задорно спросил он слугу.
- Конечно, шехзаде, я готов, и мне не помешает освежить свои умения и навыки, - с готовностью ответил Газанфер.
Шехзаде Селим очень серьёзно отнёсся к предстоящему сражению. Он был уверен в могуществе и оснащённости своей армии, но и разведке и тактике ведения боя уделял повышенное внимание. Он хорошо помнил наставления султана Сулеймана, который говорил в том числе и о том, что одной отваги на поле боя мало.
Через несколько дней к нему с докладом пришёл Омер-ага, и они долго сидели, склонившись над картами, составленными янычарами-разведчиками.
Наступил первый день месяца, и Селим во главе своей армии направился к Симаву. За войском следовало несколько прочных повозок, гружёных цепями.
На окраине Симава его уже ожидал Баязет с великолепной конницей.
Именно на конницу делал ставку шехзаде. Тактика его армии заключалась в прорыве вражеской обороны конницей.
Следом шли построенные клином янычары, вооруженные луками и клинковым оружием.
Воины и конница Селима остановились. Из повозок выпрягли лошадей, сами повозки выстроили в четырёхугольную конструкцию, сцепленную цепями. Так был сооружён вагенбург, передвижное полевое укрепление из повозок, за каждой из которых встали стрелки и аркебузиры.
Вначале встретились парламентёры от каждой стороны, но быстро вернулись к своим командирам. В небо взметнулся клич “Во имя Аллаха, вперёд!”, и обе армии ринулись навстречу друг другу.
Долгое время ни одна из сторон не могла получить решающего преимущества. Воины Баязета бились отважно и насмерть. Но в конце концов победа решила склониться на сторону тех, кто был сильнее в оружии, сильнее в правах и сильнее в высшем командовании.
Атаки великолепной конницы Баязета разбились об огонь артиллерии и пехоты Селима, укрывшейся за вагенбургом, после чего остатки армии Баязета были добиты луками и арбалетами пехоты.
Наконец, Баязет вынужден был дать сигнал к отступлению. Отходил он медленно и не нарушая боевой порядок, так, как будто только что одержал победу, а не потерпел поражение.
Селим не делал попыток преследовать его, он был полностью доволен своим успехом, хотя, и понимал, что брат не успокоится и попытается взять реванш. Но это произойдёт нескоро, слишком много времени потребуется, чтобы восстановить армию.
Так и случилось. Баязет, в силу своей чрезмерной самоуверенности, не извлёк урока из поражения, и продолжил тешить себя надеждой уничтожить Селима.