Собственно, пришло время вынести елку. Праздники закончились и не стоит уподобляться героям анекдотов, которые откладывают это дело до мая. Правда, у меня осталась еще одна зимняя песня, которую стоит поиграть самой последней в этом цикле, но это будет уже не прощание с новогодней елкой, а прощание с самим этим циклом. Все-таки полтора месяца насыщенной жизни – не шутка. Но это будет завтра. А сегодня одна из самых пронзительных новогодних песен от Булата Шалвовича Окуджавы.
На удивление, именно эта песня в стародавние времена стала первой песней Окуджавы в моем исполнительском багаже. Не уверен, что это было интересно сделано, но в том, что это было сделано максимально искренне и эмоционально я уверен на все 100. Конечно, любимые песни, которые остаются с нами на всю жизнь, они и растут всю жизнь вместе с нами. А когда приходит время, они вместе с нами стареют, набираясь уже не бытовых, с вечных смыслов.
Меня в свое время поразило и даже пронзило то, что Окуджава спел о покинутой фанатами елке. Впрочем, в те времена и слова-то такого – фанаты не существовало. Но вот боль от ощущения предательства была уже тогда. Это, конечно, не заставило меня самого сохранять свои елки до мая, но каждый раз разбирая новогоднее дерево, каким бы оно не было, я наполнялся грустью и даже печалью, вспоминая потрясающие строки:
Чем это стала ты не хороша,
Что они все одурели?
Странное же ощущение – что я, блин, одурел, разбирая елку, и все же необходимость этого печального процесса. Наиболее странным это ощущение было в армии. Служил я в Узбекистане, елок в тамошних пустынях отродясь не водилось, и мы прикупили себе пластиковое чудо-юдо, совершенно не волшебного вида. Поэтому в ход шел и лосьон Хвойный и огромное количество как магазинных, так и рукодельных гирлянд и дождя. Чтобы вообще не было видно, на чем именно это все развешано. Получалось забавно, хотя все равно искусственно. Но вот песня Окуджавы уже там наполняла весь этот обман почти настоящим ощущением волшебства. Тем и спасались.
С возрастом я вообще минусовал из смыслов этой песни слово ПРЕДАТЕЛЬСТВО. Обычный, хотя и волшебно описанный цикл жизни. Для елки, может, и обидный, для ее кавалеров, увы, исполненный вековечной мудрости бытия. Как смена сезонов. Как жизнь и неминуемая смерть, к которой нужно тоже относиться с уважением, и принимать ее как должное. Песня стала глубже и мудрее. Выросла.
Сейчас я и вовсе не пытаюсь наделить этот шедевр какими-то вербальными понятиями, понимая, что она сама все о себе расскажет, в очередной раз зазвучав. И даже не словами и нотами, а какими-то мимолетными тенями былых эмоций и ассоциаций. Зато и песня стала каждый раз звучать по-разному.
Сем она сегодня отзовется в ваших сердцах, я не знаю. Но надеюсь, что и теплом и космической окуджавской теплотой в том числе.