Судьба Николая Васильева из небольшого поселка нижегородской области пестрела взлетами и падениями, и всегда крутилась вокруг двух точек притяжения - церковью и психбольницей.
Началось это "вращение" после службы по контракту в первую чеченскую кампанию.
До этого Коля жил в небольшом поселке, где не было работы, а все кругом пили. Торфяные разработки были давно заброшены, фабрики шерсти закрылись.
Женился, стал строить дом, родились дети. Зарабатывал на шабашках, занимался охотой, рыбалкой, собирал и сдавал в городские рестораны лесные ягоды и грибы. Денег катастрофически не хватало. Тогда он и завербовался на войну. Получил контузию, ранение в голову, после госпиталя вернулся в строй, но уже другой - команды ему давали из микрочипа, который, по его утверждению, ему вживили в мозг военные хирурги, которые делали операцию. "Голоса" толкали его в наступление, когда было очевидно, что нужно прятаться в окопах. И напротив - те же "командирские приказы" об отступлении приходили именно тогда, когда нужно было идти в атаку.
Николая комиссовали, отправили в психиатрическую клинику, где впервые поставили диагноз шизофрения. Дали ему инвалидность 2 группы, нерабочую. А семью содержать надо. Тогда же прилипло к нему прозвище Колька-Солдат.
Прибился он к церкви, познакомился с пожилым батюшкой, очень милосердным человеком. Отец Андрей пристроил Николая сторожем. Примерно полгода Коля-Солдат держался строгого церковного устава: когда нужно было поститься, постился, регулярно исповедовался и причащался. Понимая нужду Николая, батюшка из своих средств подкидывал помимо скромной оплаты сторожа. Набивал сумки с едой всякий раз после ночного дежурства. Дома ждала большая семья.
Но раз в полгода в Николае просыпалась болезнь. И давала знать о себе беспокойным поведением, тягой к спиртному, обидами на церковное руководство, желание найти денежную работу. Отец Андрей хорошо знал Николая и не советовал уходить из сторожей. Знал, чем все обернется. Так оно и выходило. После недели запоя у Коли-Солдата развивался бред. Он рассказывал, что в толпе людей видит своих двойников, которые созданы неким мировым правительством, чтобы "проявить" Николая. Замечал за собой слежку, а когда пытался с "агентами" поговорить, они вдруг становились стеклянными. Полностью стеклянными - не тронь, разобьешь. Николай начинал ругаться с женой, ссорился с соседями, конфликтовал с родней. С вызовом приезжал на такси к церкви, требовал у отца Андрея срочно исповедовать его и причастить. Благородный священник в исповеди не отказывал, но после исповеди не причащал. Очевидно, вместо исповеди был отчаянный бред.
И центр притяжения сдвигался в сторону психиатрической лечебницы.
Такие колебания повторялись регулярно. Раз в год Николай проходил курс лечения в психбольнице.
Последний раз он снова отбился от церкви, поехал в Нижний Новгород, устроился на рынок в мясной отдел. По знакомству. Месяц работал исправно, потом снова понесло.
Где он сейчас, чем занимается - не знаю. Уверен только в одном: и в той и в другой точке притяжения к Кольке-Солдату относятся милосердно. Заслужил.