Россияне в будущем могут начать рассчитывать на компенсации за похищенные злоумышленниками денежные средства. Подразумевается, что обязанность осуществлять выплаты пострадавшим ляжет на плечи банков и прочих кредитных организаций. Доклад о том, возможно ли создать механизм, будет представлен до 1 июля 2023 года.
В связи с этим распоряжением президента возникает множество вопросов, говорят эксперты. Банки инициативу вряд ли одобрят: они и так жаловались на издержки из-за недавних кредитных каникул для мобилизованных. Непонятно, кто и как будет определять, что имело место мошенничество. Более того, неясно, в какой сумме выплачивать компенсации людям, которые во многом сами виноваты в том, что попались на уловки мошенников.
Получается, что наказывают банки, а не мошенников, констатирует главред банковского портала Finnews.ru, финансовый аналитик Владимир Шевченко:
— Разумеется, банки выступят против, но не все банки, а самый главный наш зеленый банк, потому что логично было бы создать некий фонд, а средства в этот фонд должны были бы поступать как какой-то маленький процент: десятая, сотая часть от привлеченных средств физических лиц, это уже ЦБ пусть разбирается. А кто у нас главный банк по привлечению средств физических лиц? Сбербанк. Соответственно, вся нагрузка ляжет на него. Естественно, он будет против. И ВТБ тоже, скорее всего, не будет рад. В общем, это весь крупняк, который деньги привлекает, а у их клиентов деньги крадут.
— Насколько корректно выплачивать компенсации людям, которые в какой-то степени и сами виноваты в том, что попались на уловки мошенников?
— Это нравственная дилемма. С одной стороны, их жалко. Особенно людей, которые либо молодые, либо, наоборот, пожилые. У молодых опыта нет, а пожилые слишком доверчивыми могут оказаться. С другой стороны, действительно, банки в этом, скорее всего, вообще не виноваты. Палка о двух концах. Если сделать так, чтобы деньги не сразу переходили со счета на счет, тогда это поможет обезопасить клиентов от мошенничества. Но эта задержка на день-два ухудшит условия взаимодействия людей друг с другом.
Если копнуть глубже, становится понятно, что механизм компенсаций открывает широкое поле для нового мошенничества. Допустим, аферисты могут договориться, что один переведет другому миллион, а банку скажет, что деньги украдены. Банк компенсирует, а два мошенника поделят добычу.
Угроза наплодить новым механизмом больше мошенников реальна, считает зампредседателя экспертного совета Банка России по защите прав потребителей финуслуг Эльман Мехтиев:
— Действительно, наиболее логичным вариантом было бы создание фонда, в который поступали бы средства от участников финансового рынка. Если смотреть на другие механизмы, в одной из стран, там, правда, не континентальное право, как у нас, а прецедентное, все штрафы, которые назначаются организациям финансового сектора за нарушение прав потребителей финансовых услуг, направляются в некий фонд, из которого потом деньги идут на развитие финансовой грамотности. То есть фактически используется принцип «кто эксплуатирует неграмотность, должен платить за ее развитие через штрафы». И штрафы там миллиардные — не рублей, конечно.
— Не откроет ли механизм компенсаций поле для нового мошенничества?
— Абсолютная правда. Это то, что называется friendly fraud, или по-русски «дружеское мошенничество». Всегда есть риск злоупотребления правом, вы правы. Риск есть, и этот риск будет еще больше, если это придумают кабинетные теоретики, которые в жизни никогда не работали сами, «в поле». Поэтому должно быть широкое обсуждение с рынком. Рынок некоторое время будет говорить: «Нам этого не надо, мы не несем ответственность, человек сам отдал коды, пароли, сам просился с балкона». Но рынок или заинтересован в том, чтобы его клиент продолжал жить, если он хочет стричь купоны с этого клиента, или рынок говорит: «Извините, нам все равно, что с клиентами» — и клиент просто перестает доверять банкам и уносит свои деньги под матрас.
Аппетиты мошенников между тем растут. За девять месяцев прошлого года, по данным ЦБ, онлайн- и телефонные мошенники похитили у клиентов банков более 10 млрд рублей. Это на 11% больше, чем в 2021 году.