Месть

Месть – это блюдо, которое подают холодным. Никогда не помнила, где я услышала эту фразу, но фраза мне понравилась. Так или иначе, но когда я отомстила, мне стало легче, и я смогла начать жизнь с чистого листа. Впрочем, обо всем по порядку.

Я познакомилась с Галкой в седьмом классе. За два месяца до этого моя мама вышла замуж, и мы переехали к отчиму. Так случилось, что мы с Галиной в один день пришли в один класс в качестве «новеньких». Что же, это не удивительно, новый микрорайон, жизнь, как говориться бьет ключом.

Я стояла в школьном дворе слегка потерянная в толпе шумно приветствующих друг друга одноклассников. Галка встретилась со мной взглядом, кивнула мне, и спросила:

- Новенькая что ли?

Я, обрадованная чужим вниманием, быстро закивала головой. Тогда Галка, принявшая решение за нас двоих, произнесла:

- Я тоже новенькая. Нам надо вместе держаться.

Вот так мы и держались вместе, две новенькие из седьмого «Г». В классе нас не гнобили и не обижали, просто там уже все сдружились, знали друг друга не первый год. Девчонки давно разбились на пары, тройки или свои группки. Впрочем, нас с Галкой это устраивало.

Нам было о чем поговорить, хотя ситуации наши были диаметрально противоположенные, моя мама вышла замуж, а Галкина развелась. Но случившиеся в наших жизнях перемены заставляли нас искать поддержки друг у друга. Особенно важно это общение было для меня.

Галя, хотя и переехала в другой район, но имела возможность поддерживать отношения с подругами. А я оказалась совсем одна в чужом городе. Может быть, именно поэтому я искренне и слепо привязалась к Галке.

Через полтора года моя мама родила Никиту, времени на меня у нее стало меньше, и Галка прочно заняла свое место в моей жизни. Впрочем, она нуждалась во мне не меньше, чем я в ней. Ее мать активно искала себе нового мужа, и заботы о взрослеющей дочери отошли на второй план.

В то время Галя постоянно гостила у нас, увы, но у себя дома она часто была, как это сказать помягче, лишней. Галка иногда даже ночевала у нас. Хотя мама нашей дружбы особо не одобряла, но и не препятствовала. А вот мать отчима мою подругу недолюбливала. С ее точки зрения Галя была слишком уж смелой, не сказать наглой.

После школы Галина пошла в техникум, я в институт. Еще два года она частенько ошивалась у нас по выходным, а потом выскочила замуж за Генку и дружба наша не то что бы закончилась, но стала, так сказать, дистанционной что ли. Галка прибегала ко мне изредка, пожаловаться на свекровь, прихвастнуть подарком мужа, посплетничать об общих знакомых.

К тому времени, когда я перешла на пятый курс, Галка обзавелась ребенком, а я парой приятельниц из своих однокурсниц. Появление новых людей в моей жизни Галину не порадовало. Близко она никого из них не знала, но, несмотря на это, в каждой находила недостатки и какой-то мифический корыстный умысел.

В двадцать три года я вышла замуж, и мы стали дружить семьями. За шесть лет, прошедших после окончания школы, Галина изменилась. Из ее темных, живых глаз исчез задор, точно погасла какая-то искорка. Причины для этого были две: Генка, ее муж, оказался игром@ном, а у сына были проблемы со здоровьем.

Я сочувствовала Гале от всего сердца, причем не только на словах, но и на деле. Я дружила искренне, отдаваясь полностью этой дружбе, поддерживая Галку во всем.

Еще на УЗИ ей сказали о проблемном сердечке ее крохи. Галина решила рожать, и я поддержала ее в этом решении. Я носила ей соки и бульоны в роддом, в больницу, когда у маленького Сашеньки были операции.

Я выручала ее деньгами, когда ее муж в очередной раз проигрывал все. Я убирала их квартиру и затаривала холодильник продуктами к возвращению Галки и Саши из больницы. А после Галиного развода и второй операции Сашеньки я привезла подругу с ребенком к себе в дом. На съем у нее денег не было, ее матери дочь и внук были особо не нужны.

В общем, я вела себя как последняя дура. Но я считала, что если я лучше устроена, то я должна, нет, я просто обязана помочь подруге. У меня же все хорошо, почти отлично.

У нас своя квартира. Точнее не у нас, квартира досталась мужу от бабушки. Мы оба работаем, миллионы лопатой не гребем, но муж успешно делает карьеру, а я стараюсь не отставать от него.

Мать моя, занятая мужем, и уже двумя общими детьми в мою жизнь особо не лезла. Я стала «отрезанным куском», уже стояла на своих ногах, а им с отчимом еще двоих поднимать. И только свекровь моей мамы, случайно зайдя к нам и увидев Галку, вольготно расположившуюся на нашей кухне, с укором посмотрела на меня и сказала:

- Напрасно ты это позволила. Как бы пожалеть не пришлось.

Но я не стала ее слушать. Мать отчима, да кто она такая, что бы лезть в мои дела! А она была прожившей жизнь женщиной, не лишенной жизненного опыта и, в общем-то, желавшей падчерице своего сына счастья.

Галка жила у нас полгода. Потом мой муж (ах, какой молодец, как же мне с ним повезло!) помог ей снять квартиру своего уехавшего приятеля за очень небольшие деньги. В общем, к моей огромной радости, все устроилось как нельзя лучше.

Но радость моя была недолгой. Тучки стали сгущаться на моем небосклоне. На третьем месяце беременности меня положили на сохранение. Три недели я провела в больнице. Через пару дней после возвращения я нашла в ванной женскую шпильку. С учетом того, что у меня и у моей свекрови были стрижки, я невольно призадумалась.

Галка со смехом развеяла все мои сомнения. Никакой чужой бабы у моего мужа не было! Я просто из-за гормонов выдумываю всякую ерунду! Это она забегала, когда меня не было. Приносила котлеты, она ведь должна хоть чем-то помочь! Мы столько для нее сделали.

Наверное, на моем лице еще оставалась тень сомнения. И тогда Галка поклялась своим здоровьем, более того, здоровьем своего ребенка, что это ее шпилька. И никаких, она еще раз повторяет, никаких чужих женщин в нашем доме не было! Я только себя накручиваю, выдумывая всякую ерунду!

После ее уверений я успокоилась, и жизнь моя наладилась. Но, увы, ненадолго. На пятом месяце я потеряла ребенка. Теперь уже я искала утешения у Галки, и она утешала меня, но от ее слов поддержки легче мне не становилось.

Отношения с мужем разладились, он задерживался на работе до ночи, в выходные тоже работал. В те редкие минуты, когда бывал дома, молча сидел в компьютере. Переживает, думала я. Я тоже переживала, нашу общую потерю каждый из нас переживал отдельно. Я похудела и осунулась, и соседка по площадке как-то жалостливо на меня посмотрела, встретив в лифте.

Я обрадовалась, когда меня направляли на учебу в Питер. Хотя бы немножко сменю обстановку, познакомлюсь с новыми людьми, погуляю по северной столице.

Вернулась я раньше, поменяла билеты. Хотела сделать сюрприз мужу. Подъезжая к дому, я заказала доставку из ресторана. Домой вернулась любимая жена, это же повод устроить праздник. Праздника не получилось. Там уже праздновали без меня. И на этом празднике я была лишней.

Я выбежала из нашей квартиры. Впрочем, нет, эта квартира уже не была нашей. Она стала их квартирой. Через два дня я подала на развод и пришла за своими вещами. Мужа не было, зато была Галка. Моя уже бывшая подруга решила выяснить отношения.

Да, она, Галка, ни о чем не жалеет. У них с моим мужем это давно, и тот ребенок был ему не нужен! Я просто дура, что ничего не замечала. Почему все хорошее должно быть у меня? Да я всегда была хуже ее, так, серая мышь. Даже ребенка родить не смогла! Я ущербная! А она нормальная баба. Мне просто повезло с мужиком. Любой бы другой бросил меня через три дня после свадьбы.

Что же, Галя, теперь с мужиком повезло тебе. Я вышла из квартиры, пытаясь сохранить остатки достоинства. А в такси я рыдала не сдерживаясь. Галка была права в одном – я действительно дура!

Разве можно так безоговорочно кому-то верить. Та история со шпилькой! А ведь она даже не солгала, кроме нее в доме никого не было! В доме не было чужих женщин. Была только Галка, а теперь осталась насовсем. Чужая женщина ушла из жизни моего мужа и этой чужой незаметно для себя стала я.

Развели нас быстро, детей нет, квартира добрачная. Полтора года после развода я не могла прийти в себя. Спасалась работой, пахала как лошадь, без выходных и проходных. Работа – дом – работа. Единственная радость это спортивный клуб. Надо же чем-то занять крупицы свободного времени.

Зато я продвинулась по карьерной лестнице, взяла ипотеку. Хотя бы будет своя квартира, из которой меня никто не вышвырнет.

Не сказу, что за мной не ухаживали. Мне пытались оказывать знаки внимания. Коллега на работе, молодой человек в клубе. Все ухаживания я игнорировала. Боялась опять быть брошенной. Мама сказала, что я стала интереснее, похудела, поменяла прическу. Не знаю, тогда я очень сомневалась в ее словах.

Я все еще слышала злые, истеричные выкрики Галки: «ущербная», «серая мышь». Я и чувствовала себя такой. Шла по жизни, опустив глаза в пол. Я не могла забыть слова Галки. Причем все полтора года она напоминала мне о себе. Так случилось, что ее офис был в соседнем здании.

Иногда я встречалась с ней по пути на работу, с работы или в обеденный перерыв. Встречи эти были настоящим мучением для меня. Галина вышагивала гордо, с высоко поднятой головой, а я под ее взглядом опускала глаза и хотела вдавиться в стены домов. В ушах у меня звучало это слово «ущербная» и именно такой я себя ощущала.

Я избегала этих случайных встреч, но, увы, не всегда удачно. Несколько раз, завидев ее, я переходила на другую сторону улицы, лишь бы не чувствовать на себе ее презрительного взгляда.

Именно это слово «ущербная» заклеймило меня как тавро, породило мою неуверенности, парализовало меня. Я даже думала поменять работу, но из принципа решила этого не делать. Галина забрала у меня все: мужа, дом, душевное спокойствие. Я должна отстоять хоть что-то.

В маленьком ресторанчике, где я с коллегой обедала в дни получки, для ежедневных обедов он был дороговат, на меня засматривался один из его постоянных посетителей. Приятный внешне, шатен среднего роста, среди других его выделяли живые умные глаза. Я хотела его внимания и боялась этого одновременно.

Настал день, когда он, выбрав подходящий момент, подошел ко мне. Его звали Константином, и он предложил мне поужинать вместе, или погулять, или пойти в кино, его устроит любой вариант выбранный мной.

Замирая от радости, я неожиданно для себя, ответила быстрым, необдуманным отказом. Нет, нет, сейчас у меня много работы, может быть потом. Сожаление и надежда промелькнули в его глазах. Выходя из ресторана, я понимала, что отнюдь не работа стала причиной моего отказа.

Примерно через полмесяца я встретила своего бывшего около торгового центра в пятницу вечером. Он сам подошел ко мне, я не стала убегать, в конце концов, я-то ему не изменяла. Мы зашли в маленькое кафе, поговорили об общих знакомых. Кто, как, где. Он сказал, что Галина с сыном в больнице на обследовании.

Два фужера сухого вина на пустой желудок раскрепостили меня, исчезло чувство неловкости. Мы разговаривали так, как много лет назад, когда все для нас двоих только начиналось.

Я проснулась утром в его постели. Той самой, что когда-то была нашей. В первые минуты после пробуждения ощущение было мерзким, точно я какая-то дрянь. Зато бывший принес мне кофе в постель. Что-то я не припомню такого ритуала. Дрянь, хорошо, пусть я дрянь. Зато я отомстила за себя. Я надела Галкин халат (дома сразу залезу в ванну) и прошла по квартире.

- У Галки всегда был отвратительный вкус, шторы кошмарные, - проговорила я, вспомнив, как часто она критиковала купленные мной вещи. Боже, какая я была дура, ничего не замечала. Бывший улыбнулся.

Я выпила вторую чашку кофе, нечаянно капнув напиток на ее халат цвета дешевой карамельки. Так же нечаянно оставила в ванной свою расческу.

Бывший довез меня до квартиры моей мамы. Я не хотела показывать свой дом. Целуя меня на прощание, он сказал:

- Ты не хочешь начать все с начала? Галка была ошибкой. Давай встретимся снова.

- Я подумаю, ответила я, - и продефилировала к подъезду. Я уже обо всем подумала и все решила. Я перенесла номер бывшего в черный список.

Ровно через неделю я встретилась на улице с Галкой. Я не опустила глаза и не вжалась в стену. Наоборот, я гордо расправила плечи, приподняла подбородок и высокомерно посмотрела не нее. У Галки недоуменно взлетели брови. Тогда я поняла, что месть избавила меня поставленного ею клейма.

Еще через неделю я сама подошла к Константину. Я предложила поужинать вместе, или погулять, или пойти в кино, меня устроит любой вариант выбранный им.

В следующий раз я встретила Галку в парке через четыре года. Я гуляла с сыном, мы с Егорушкой ждали Костю. Галка была с Сашей и младенцем в коляске. Я даже не поинтересовалась, как зовут ее младшего ребенка.

Галка стала жаловаться мне на жизнь. Она развелась с моим бывшим (или нашим) через два месяца после рождения дочки. Его новая пассия выставила ее из квартиры.

- Ты знаешь, - доверительно сказала она мне, - он не был верным мужем.

- Да ты что? – удивилась я, - Кто бы мог подумать!

Я увидела идущего к нам Костю и начала прощаться. Но Галка меня так просто не отпускала.

- Давай как-нибудь встретимся, поговорим. У тебя номер не изменился? Я тебе позвоню, – торопливо тараторила она, хватая меня за рукав.

Я кивнула в ответ. Мы шли втроем к машине. Костя держал мою руку, а я думала, что, несмотря на то, что Галка уже давно в черном списке, надо на всякий случай поменять номер.