Просто несколько зарисовок со службы.
*
Недалеко от одной из караульных вышек, в зоне, стояла зековская баня.
Зимы, вообще, у нас были суровые. Врать не буду, про морозы в минус 50 я не помню. Несколько раз ударяло под минус сорок, и такой мороз мог продержаться с неделю - полторы. А обычно минус 30 - 35.
Когда холода крутились вокруг двадцати градусов ниже нуля, мы воспринимали это как потепление .
В казарме было очень тепло, а вот в караулке едва ли не жарко!
Караулка топилась от одной котельной с зоной, следвательно, и у них в бараках было примерно так же .
Так вот, баня.
Зимой у многих з / к была такая привычка
Они выбегали из бани в чём мать родила, и обтирались снегом.
И ещё махали часовому руками, кричали " эге - гей" и " зёма,, не мёрзни!".
В общем, всячески издевались.
А часовой, в тулуп закутанный,, скрипел зубами от злости.
Вот в такой момент я и должен был поменять на этом посту одного казаха - деда.
Пришли мы с ПНК, поднялись на вышку, а казах стоит там мрачнее тучи, и смотрит, как зеки внизу развлекаются.
- Вот - говорит - моржи долбанутые.
А помнач ему :
- Пошли, Худаберды, в караулку греться. И скажи спасибо, что зона не бабская, совсем бы мы тут рехнулись!
***
" Местное время 22 часа 30 минут.
В колонии объявляется отбой.
Старшим дневальным по отрядам погасить свет, выключить телевизоры.
Напоминаю : хождения в ночное время - запрещены! “
Каждый вечер такое объявление звучало над зоной по громкой связи.
Ровно с последним словом, от крайнего к моей вышке барака, отделилась фигура, и пошла в мою сторону.
Хоть хождения и были запрещены, ходить - то они там ходили. Ничего сверхнеобычного в этом не было.
Меня позабавила синхронность его выхода с последним словом предупреждения о том, что этого делать нельзя.
Дорога от этого барака к вышке не была длинной, но я был уверен, что он куда - нибудь свернёт.
Однако, нет.
В приказах на боевую службу звучало " обращать внимание на массовые скопления осужденных, и докладывать об этом...".
Но про одиночные шатания в ночное время в приказе ничего не было.
А походка странная у него. Дёрганная какая-то.
Метров за пять - семь до КСП он остановился, отвёл правую руку в сторону, и начал крутиться. Как, если бы он этой рукой обпёрся об воткнутую в землю палку, и - вокруг неё.
И бурчит чего-то себе под нос, не разобрать.
Всё это напоминало какой-то дикий, но, медленный, ритуальный танец. / а, может, это он и был? /.
Я его окликнул.
Ноль эмоций .
Я несколько раз громко свистнул.
Та же реакция. В смысле - никакой.
Тогда я отстегнул у автомата магазин, и передёрнул затвор. К тому моменту я очень хорошо знал, в том числе, и на своём опыте, что этот звук способен отрезвить самые горячие головы, и устаканить любые запущенные ситуации.
Помогло и в этот раз.
Правда, как ни странно, не с первого раза.
Услышав звук передёргиваемого затвора, тот замер. Причём, получилось так, что его вращение прекратилось на этапе, когда он был спиной ко мне.
Он ещё так склонил голову набок, мне показалось, что прислушиваться.
Тогда я ещё раз шарахнул затвором.
Полагаю, что в уже почти ночной тишине он этот звук слышал очень хорошо.
И он сорвался с места и скрылся в бараке.
Докладывать я не стал.
По нескольким причинам.
Это был - как чуть позже оказалось - предпоследний мой караул. Я понимал, что служить мне ещё месяц - максимум .
И главное для меня - чтоб за это время через меня никто не утёк!
Остальное трын - трава.
А и доложи я? И что, ДПНК с контролёрами попёрлись бы в тот барак его искать? Ну, полпроцентика я бы дал за такое развитие событий, не более.
И, опять же, в приказе про такое ничего не было / а я к тому времени и не такого там насмотрелся. /
И зачем приказ нарушать?
*****
То ли обдолбаный был, а, может, лунатик - не знаю.
*****
БЛАГОДАРЮ за ВНИМАНИЕ!
ВСЕМ ДОБРА и УДАЧИ!!