После того, как прошёл прослушивание, ты понимаешь, что теперь ты свой. Тебя приняли, одобрили, и как минимум на месяц ты становишься частью большой валаамской семьи. Уже буквально через пару дней после прослушивания ты чувствуешь себя на острове, как дома, а ещё недели через полторы ты уже практически "старичок" и считаешь себя вправе (а скорее даже почётно обязанным) давать советы и морально поддерживать новеньких.
Возрастной разброс экскурсоводов очень разный. Но, поскольку я попала на остров сразу после института, буду говорить в основном о молодёжи. Молодым людям на Воскресенском скиту (где находится база паломнической службы и живут в сезон экскурсоводы) просто прекрасно. Во-первых, и это главное, тебя мгновенно принимают в компанию. Как правило, есть некий лидер или группа, которые объединяют вокруг себя всех остальных. В нашем случае это был семинарист В., в которого была влюблена, кажется, половина всех девушек-экскурсоводов. (Внимание готовящимся в валаамские экскурсоводы и мечтающим выйти замуж! Десятки положительных примеров обретения своей половинки на Валааме не гарантируют, что это произойдёт непременно и с вами. Будьте осторожны, чтобы потом не было мучительно больно 😊). Тем не менее это не отрицает того факта, что В. был прекрасным лидером и благодаря ему сложилась прекрасна компания. Мы гуляли вечерами после работы, собирались у кого-нибудь в келье или на берегу Ладоги и играли в мафию, ассоциации и т.п., смеясь до упаду, осваивали новые маршруты по острову в выходные. В общем это было очень счастливое время. (Тем, кто, возможно, только собирается стать валаамцем, можно не расстраиваться, что это время прошло. Насколько я могу судить, такие лидеры есть в каждом поколении, и традиция дружеского общения экскурсоводов, прогулок и посиделок не прекращается.)
Буквально через день после прослушивания мы большой, шумной компанией отправились после работы на внутреннее озеро Сисяярви. Вода в нём несколько теплее, чем в Ладоге, и само оно очень живописно. Вдоволь накупавшись, мы отправились обратно на наш скит, обогнули Коневский скит и одноимённые озера, прошли уже знакомым туристическим маршрутом и когда уже приближались к выходу на главную монастырскую дорогу, услышали вдали глухие удары колокола. Шутки и смех прекратились: что-то случилось в монастыре. До скита добирались в напряжённом молчании. Три удара колокола означают смерть кого-то из братии. Это знали все. Утром самые осведомлённые, приближённые к руководству сообщили: погиб начальник монастырской фермы, монах Георгий.
Мне, приехавшей на остров 4 дня назад, это не говорили ни о чем. Те, кто работал давно, были сильно опечалены. Многие плакали. Когда ехали на "буханке" в Центральную усадьбу, проехали и место, где произошла катастрофа. Уже после поворота к монастырю, почти у причала Монастырской бухты. У края скалы лежал венок и много цветов. Отец Георгий, как обычно, ехал на своём мотороллере в монастырь, на повороте встретился с "Газелью" строителей, которые занимались реставрацией в монастыре. Говорили, что, возможно, они были не вполне трезвы...Только недавно из воспоминаний об о. Георгии узнала, что в тот день он ехал не один, а с ещё одним монахом встречать группу волонтёров из Москвы. Когда навстречу вылетела "Газель", времени на раздумье не оставалось. Свернуть в том месте некуда. Кто бывал на острове, знает: с одной стороны скала, с другой обрыв в бухту. Он успел "вильнуть" мотороллером, сбросив брата и тем самым сохранив ему жизнь, а сам врезался, в скалу. Умер вечером, не приходя в сознание, в больнице. После этого случая на всех опасных поворотах на острове повесили зеркала.
На похоронах я не была. Работала. Да и не знала его совсем. Было неудобно. Вечером за ужином желающим раздавали фотографии о. Георгия на память. Многие стремились взять. Я не стала: вдруг кому-то, кто был знаком с ним и кому он был дорог, не хватит. Но этот случай оставил такой след, что до сих пор, поминая родных и знакомых, вспоминаю и об о. Георгии, которого при жизни никогда не знала.
Вечная память...