Династия Каджаров пришла к власти в последней четверти XVIII в. и столкнулась с целым рядом экономических и политических проблем. К середине XIX в. шахам удалось завершить объединение страны, но последствия русско-персидских войн, сложные отношения с Британией, смуты и упадок промышленности поставили Иран в подчиненное положение относительно европейских стран и капиталовложений. В то же время, каджарская эпоха – время осознания важности и ценности образования и культуры, подъема многих практически исчезнувших отраслей производства. Здесь также не обошлось без противоречивого европейского влияния, ведь удачи и прорывы в подъеме иранской промышленности происходили при активнейшем содействии или под эгидой европейских предпринимателей. Наиболее знаменитый пример – персидские ковры, звездный час которых к XVIII в. прошел, а сама организация мастерских по семейному принципу, помноженная на трудоемкость производства каждого образца, не могла выдержать экономических реалий.
Но в 1873 году на Всемирной выставке в Вене посетители познакомились с иранскими коврами сефевидского времени, вызвавшими живой интерес и целый бум моды на ковры среди европейских потребителей, и как следствие – у предпринимателей. В возрождении ковроделия на территории Ирана участвовал ряд компаний, самая известная из которых – британо-шведская Ziegler&Co. Она открыла свое производство в Султанабаде, организовав централизованную систему контроля качества, дизайна, а далее – экспорта изделий. Вскоре на производстве было занято уже около 10 тыс. человек, а очевидная прибыльность производства привела к возрождению отрасли в целом: ковровые мануфактуры стали открываться в Тебризе, Кермане, Кашане, Мешхеде; появился целый ряд деревенских фабрик.
Феномен подобного рода фабрик, созданных для удовлетворения нужд европейского рынка, заключался в сложной и двусторонней схеме влияния на дизайн изделий. При согласовании технических характеристик ковров предприниматели и коллекционеры транслировали свои представления и запросы персидским мастерам. В результате тиражирования художественные схемы становились привычными и воспринимались как аутентичные. Другими словами, европейские представления о восточном искусстве становились и персидскими, превращая сферу экспортных ремесел Каджаров в сложный сплав реального и идеального, традиционного и привнесенного. Феномен каджарского искусства и культуры в целом – в единстве тематической и стилистической канвы произведений, в абсолютно узнаваемой самобытной манере, единой для всех областей приложения художественных сил: от парадных портретов до изразцов и лаковых шкатулок. Яркие и декоративные, лубочные, порой балансирующие на грани китча произведения в каджарском стиле иллюстрируют попытку сочетать несочетаемое – прогресс и традицию, европеизацию и самобытность. Ковры, дизайн которых изначально ориентировался как на экспорт, так и на вкусы местного рынка, стали наиболее показательным звеном этого процесса.
Их дизайн, особенно фигуративные композиции, можно условно разделить на несколько категорий: имитации ковров сефевидского времени, исторические и мифологические портреты, литературные сюжеты, копии древних рельефов.
Ковры ручной работы разного дизайна и стиля вы можете посмотреть и приобрести в нашей студии ковров Persepol.