Глава 1.
С середины.
- Быстро выключи эту долбаную машину! Быстро! Она не приходит в себя! Быстрее!
Три подростка склонились над девочкой лет семнадцати. Белатрис. Она сидела в кресле. Точнее утопала в нём – она была без сознания. Справа от нее еще не пришедший в себя Джонс, слева - русая Поли и кудрявая Эм, трясущая плечи той девочки. Спереди рослый парень их возраста, Яков, стоящий на коленях, умоляющий ее очнуться. А чуть поодаль ещё один, Кир. Стоит около какой-то машины, бьёт её ногой, матерясь и приговаривая: "Давай же, давай, тупая железяка".
Но девочка не просыпается. Не приходит в себя. И только ровное дыхание свидетельствует о том, что она ещё жива. Жизнь - удивительная штука, не правда ли? Лишь пару часов назад, или, точнее, пару минут назад, она скакала по лугу, поросшему неизвестной травой, и говорила о том, как же прекрасна жизнь. И вот она здесь, не чувствующая своего же присутствия на этой Земле.
Прошла минута. Две. Час. Белатрис не приходила в себя. Наконец, Кир сказал:
-Пора уходить. Иначе нас заподозрят.
Яков резко обернулся, вскочил и прижал Кира к стене. Его глаза сверлили глаза Кира, а рот выцедил:
- А что это ты раскомандовался, а?
- Я пытаюсь не потерять благоразумие.
- Благоразумие? - вскричал Яков. - Все слышали? Он не теряет благоразумия. У нас тут подруга в обмороке, не заметил? Может ты хоть на минуточку потеряешь свою маску благоразумия? А?
Кир схватил руки Якова, отодвинулся от стены и прокричал:
-А ты что хочешь? Мы должны что-то сделать. Должны не допустить её смерти. Или ты ради часа, дня скорби - бросишь её умирать?
А дальше Кир сказал ровным голосом, почти шепотом:
- Як, её ещё можно спасти. Перестань паниковать. Паника, - тут Кир указал пальцем на свой висок, - паника вышибает мозги и не даёт действовать. Помоги мне её поднять. Нужно доставить её в медпункт.
Тут подал голос ещё один, Гетсби, сидевший всё это время в углу и утиравший сопли:
- И что мы ей скажем? Что она поскользнулась, упала и не очнулась?
- Закрой свой паршивый рот, Гетсби. Она очнётся. Даю слово. А скажем мы, что уже обнаружили такой в её комнате, - сказал Кир.
- И что же мы делали в полночь в девчачьем корпусе? - спросил Яков.
Поли утёрла слёзы и сказала размеренно:
- Я скажу, что обнаружила её такой после похода в туалет. Мы как-никак соседки. Таких вопросов не будет.
Семь ребят осторожно потащили из светлой пещеры Белатрис. Они пошли по самому короткому пути, что лежал через лес. Первыми шли девочки, а потом мальчишки тащили Беллу. Вдруг Поли остановилась, протягивая вверх ладонь.
- Я что-то слышала.
Из-за ствола дуба показались двое. Один в широкополой шляпе, полный, в фиолетовом сюртуке и в галстуке. Другой в мантии, высокий и тонкий, словно иссохшая палка. Нельзя было увидеть их лиц. Тут один из них заговорил:
- Я слышал шаги.
- Правда? Это ветер, мистер Брайнс. Ветер… Он шумит, где хочет, и навевает нам мысли, о которых мы сами думали давным-давно.
Поли с изумлением посмотрела на остальных. Ей ответили тем же. Все узнали голос последнего. Это был их школьный учитель, профессор Саламандра. И у всех возник один и тот же вопрос: "Что он делает в полночь в лесу, да ещё и с каким-то мистером Брайнсом. Ребята не дышали, а лишь пучили глаза на двух стариков - учителя и его знакомого, очутившихся в совсем неожиданном для них месте.
- Саламандра, тебе пора уже заканчивать так выражаться. Тебе не пятнадцать лет. Закончим наш разговор позже. Завтра поговорим о Снайбере. Здесь же.