Какая-то эта неделя у меня выходит валаамская. Нагулялась ВКонтакте по страничкам валаамских друзей и знакомых, начиталась их слов, полных любви к острову, насмотрелась фотографий...
Валаам... Смотришь на фотографии и чувствуешь его запах, его летнюю прохладу, влажное прикосновение к коже утреннего или вечернего тумана, его закаты, холодную воду его внутренних озёр, куда можно окунуться после рабочего дня, его тишину и остановившееся время (не в экскурсионное время, когда всё рассчитано по минутам и шаг влево - шаг вправо - расстрел).
Впервые я приехала на остров с паломнической группой лет в 14. С мамой, крёстной и, кажется, её дочерью (старше меня лет на 10). Очень смутно помню ту поездку. От Церкви я была вполне далека. Из всего путешествия помню только, как мы сидели и отдыхали на камнях не доходя сотню метров до Никольского скита (кто был, поймёт, о чем я). Помню, как жили в летней гостинице (до того ещё, как она сгорела и на её месте построили гостиницу "Славянская"). Не помню, сколько человек было в комнате, но много. Не то 6, не то 8. Разумеется, все женщины. Мужчин селили отдельно. Тогда ещё на острове была только дизельная электростанция, на ночь электричество отключали. После дня экскурсий и службы все рухнули в кровати, а одна женщина предложила почитать вечернее правило. Отказаться было неудобно: все-таки монастырь. И после нескольких молитв вдруг погас свет. А она продолжила читать по памяти. На тот момент для меня это был нонсенс и крайне удивительно. На этом воспоминания заканчиваются.
Второй раз мы приезжали с группой от института, в котором я училась. Из этой поездки запомнилось тоже не много. Как мы пели нашим институтских хором, кажется, на ступенях перед входом в собор, как нас благословили подняться на хоры и колокольню, как я набрала в лесу баночку черники, а кто-то из наших сказал мне, что рвать ягоды нельзя (я это прослушала на экскурсии) и я долго мучилась, что же теперь делать, даже хотела пойти высыпать обратно. А ещё в этот приезд была моя первая в жизни исповедь. Не у местного иеромонаха, а у сопровождавшего нас священника, как мне показалось, неправильная и скомканная, перед которой я тряслась, как осиновый лист, потому что наворотить к 18 годам успела много.
Примечательно, что из этих первых поездок я не помню вообще ничего о самом острове. У меня не осталось в памяти ни одной картинки. Быстро, ново, незнакомо, непонятно.
А потом случился тот самый звонок от мамы из Питера (см. здесь): "Заполнила на тебя анкету. Приезжай на собеседование".
...
В тот первый год мы никак не могли уехать на остров. Мы приходили на Петровскую набережную (тогда, в 2006м оттуда ещё ходил метеор "Медея" на Валаам), а нам говорили: "Сегодня метеор не пойдёт, на Ладоге шторм". Мы брали свой тяжеленный советский чемодан без колесиков и тащили обратно домой. И так 3 дня. В эти 3 дня, сидя в квартире в прямом смысле слова на чемоданах, я научилась играть на гитаре, купленной незадолго до этого в Гостином дворе (как ни странно, кстати, совсем подешевке). На 4й день метеор все-таки пошёл. И вот мы на Валааме. Методист сказала, куда нам селиться, но наши соседки были на работе, водили группы, ключ был у них (как потом выяснилось, не у них, а под ковриком у входа). Мы поставили чемодан и пошли гулять. У Гефсимании разошлись. Я пошла направо по дороге мимо озерца. Шла долго. И на пересечении с другой тропой встретила зайца. Он спокойно сидел в 20 метрах от меня справа от дороги. Постояла, посмотрела, пошла дальше. Заяц сидел и не убегал, просто смотрел на меня, оторвавшись от своих занятий. На обратном пути его уже не было.
Вернулась к обеду и заселилась в финскую казарму, последняя дверь справа. Келья на четверых.
Продолжение