- Не ожидала вас увидеть, мисс Тайлс. Я имею в виду в своих покоях, - принцесса Шарлотта указала на кресло, и я послушно села. - Разве вы не рассматривали возможность реального замужества, когда соглашались на условия короля?
- Я думала лишь о том, как остаться в программе. Мне и в голову не пришло, что меня действительно будут рассматривать как кандидатку. Я не знаю, что мне делать.
- Это от вас не зависит. Я хочу сказать, что принимает решение Эллиот и только он один.
- Принцесса, мы обе знаем, что я - это худший выбор, какой только можно сделать. Учитывая наше с Джоршем прошлое и наши с вами отношения, - я старалась как можно аккуратнее подбирать слова, но брови Шарлотты все равно поползли вверх. Впрочем, королевская выдержка не подвела ее и на этот раз, и она тут же взяла себя в руки.
- Мисс Тайлс, у нас с вами разный взгляд на одинаковые вещи. Вы знаете лишь свою правду, я более объективна. Мне, безусловно, льстит, что вы пришли именно ко мне за помощью, но я бессильна что-то изменить.
- Вы же любите его? Эллиота. Вы сможете на него повлиять, - не сдавалась я. Шарлотта подняла на меня изумленный взгляд и расхохоталась. Я была совершенно ошарашена ее реакцией, а она продолжала смеяться.
- Мисс Тайлс, у вас невероятное чувство юмора. Джорш, Эллиот. Может быть, вы еще сосватаете меня за Аарона Кармайкла? Идите к себе и попытайтесь уснуть. Завтра будет тяжелый день.
- Доброй ночи, принцесса, - пробормотала я, и вышла из комнаты. Что, если прямо сейчас я пойду к Джоршу? Сможет ли он повлиять на брата? Я представила себе эту картину, и отбросила прочь эту мысль. Чего доброго они еще подерутся, и тогда гнев Дориана будет всепоглощающим. Был еще один исход - я войду в его комнату и останусь до утра. Это будет так неправильно, что представить худшего нельзя. Какие бы чувства я не испытывала к Джоршу в эти минуты, нужно думать и о будущем. А в будущем я буду презирать себя за проявленную слабость.
Вместо этого я вернулась в комнату и, открестившись от всех вопросов Сандры и Натали, легла в кровать. Кто знает, возможно, завтра я буду ложиться спать в покоях Эллиота.
Наутро я чувствовала себя просто отвратительно. Джулия разбудила меня в начале седьмого, и я прямо в халате, попивая принесенный ею кофе, направилась в класс. Я даже представить не могла, зачем вставать в такую рань, если накануне она весь вечер приводила меня в порядок. Очень скоро я получила ответ на свой вопрос.
Штат Джулии взял меня в оборот. Мне сделали эпиляцию, педикюр, подровняли волосы, нарастили ресницы и ногти, разрисовали спину так, что на ней не было видно ни одного синяка. Джулия носилась из угла в угол, покрикивала на камеристок и контролировала всех и вся. Она лично занялась моими волосами и макияжем, отвлекаясь лишь на то, чтобы бросить взгляд на часы.
- Разве вы не будете собирать их в прическу? - спросила я, когда Джулия сообщила, что закончила. Волосы по-прежнему были распущены, хотя я и ощущала неприятную тяжесть от тонны лака, которым щедро закрепила их Джулия.
- Планы изменились, мисс Тайлс, - улыбнулась она. - Мы не спали всю ночь, готовя для вас новое платье.
- Зачем? - изумилась я. - Мне понравилось голубое. Вы просто великолепно его сшили.
- Это было до того, как вы вернулись, более того, до того, как вы стали единственной кандидаткой, которая будет сопровождать принца Эллиота.
Мы подошли к ширме, и Джулия с улыбкой продемонстрировала мне новое платье. Оно было восхитительным. Нежно-лиловое, узкое и длинное. Рукава едва прикрывали плечи, они были широкими из тонкого серебряного тюля и их края не были сшиты, напоминая мне крылья. Лиф платья был расшит серебром, и, лишь приглядевшись, я заметила, что вышивка сделана по тюлю. За ночь расшить платье не успели бы даже десятки портных.
С помощью Джулии я переоделась. Платье сидело точно вторая кожа. Камеристка помогла надеть мне серебряную. К моему огорчению, диадему она отдала обратно леди Адамс, и кроме медалей на мне не было ни единого украшения. Сделав вдох, я подошла к зеркалу. Так должна выглядеть принцесса. Я смотрелась удивительно нежно.
Я никогда не носила женственные вещи, и даже при дворе, одетая в платья, редко ощущала себя леди. Теперь же мне нравилось то, что я вижу. Я была иной, чище, совершеннее, невиннее. Точно не было годов крови и перестрелок, точно моя мать никогда не переставала быть одной из Коллинзов, и воспитала меня частью этого блистательного мира под названием королевский двор. Я не находила слов, чтобы поблагодарить Джулию, но она поняла все по выражению моего лица.
- Удачи вам, мисс Тайлс, - прошептала она на прощание, и я покинула класс.
- Леди Ивстон, - окликнул меня лакей, стоящий у дверей в класс. - Меня просили передать вам, что его высочество ожидает в мраморном холле.
- Спасибо, - поблагодарила я его, грустно замечая, что подумала отнюдь не об Эллиоте. Если бы не похищение конфедератов в октябре, мы с Джоршем посетили бы традиционный осенний бал как пара. Едва ли когда-нибудь еще мы сможем вместе потанцевать. У нас еще было бы время на двоих.
Я почувствовала себя настолько одинокой, что к горлу подступил комок. Во все торжественные вечера рядом со мной были девчонки и Сэм. Теперь же я шла совершенно одна по бесконечно длинному коридору к парадной лестнице. Сегодня я теряю еще одного человека, который был дорог моему сердцу. Джорджия, Айла, Эми, Клэр, леди Девлин, Томми, Лора, Рик, Николь, возможно Сью. Сколько еще раз судьба подставит мне подножку? Я устала снова и снова падать. Я устала переживать потери.
Сделав глубокий вдох, я собрала чувства в кулак, и спустилась вниз.
Они ожидали у подножия лестницы. Джорш взволнованно мерил шагами пол, не отрывая взгляда от алой ковровой дорожки, Эллиот с мрачным видом стоял у статуи весталки. Он первым заметил мое появление и направился навстречу. Я никогда прежде не видела его в белоснежном мундире и была удивлена тем, насколько тот ему идет. Эллиот подал мне руку, и я ее приняла, чувствуя на себе взгляд кронпринца. Изо всех сил я старалась не смотреть на него. У меня даже получилось выдавить из себя улыбку Эллиоту и тот, явно насмешливо, улыбнулся в ответ.
- Ты очень хорошо выглядишь, - негромко произнес он, так, чтобы Джорш не расслышал его слов.
- Вам идет форма, - отозвалась я. Мне польстил комплимент Эллиота, но его вчерашние слова все еще звучали у меня в ушах.
- Спасибо, Тайлс. Но даже этот мундир не заставит меня чеканить шаг под крики командира.
- А вы еще Джорша называли бунтовщиком, - напомнила я ему, и Эллиот рассмеялся. Джорш бросил на брата негодующий взгляд, и тот его равнодушно проигнорировал. Вновь взяв меня за руку, Эллиот кивнул в направлении одного из коридоров, но тут же послышался стук каблуков, и на лестнице показалась Шарлотта.
Это был неловкий момент. Шарлотта во все глаза уставилась на меня и Эллиота, точно одним своим присутствием мы могли помешать их помолвке. Эллиот покачал головой. Шарлотта нервно улыбнулась и продолжила свой спуск.
- Пойдем, - негромко произнес Эллиот, и мы поспешно направились прочь от этой парочки. - Тебе удобно на каблуках? Мне стоит сбавить шаг?
- Даже не знаю, что вам на это ответить, ваше высочество. Порадоваться вашей заботе или оскорбиться.
- Ты страж. Сомневаюсь, что на стене ты носила каблуки. А мне нужно, чтобы в конце церемонии ты все еще стояла на ногах.
- Как это мило, - не удержалась я. - У вас определенно талант портить людям мнение о вашей особе.
- Ты так считаешь? - невозмутимо приподнял бровь Эллиот. Я проигнорировала его вопрос и, чуть сбавив шаг, мы вошли в огромный белоснежный зал. В зале было уже человек двести, не меньше, но часть стульев еще пустовала.
- Нам туда, - подсказал Эллиот, указывая на небольшую ложу, стоящую ближе всего к сцене. Ложа была огорожена невысокой решеткой, украшенной бутонами роз. Отчего-то мне на ум пришло сравнение с загоном для домашнего скота. Ни одного гостя еще не было, и мы с Эллиотом оказались первыми. На двух стульях, задрапированных алыми чехлами, лежали карточки с нашими именами.
К моему удивлению второе место рядом со мной предназначалось для принца Френсиса, брата Шарлотты. Неведомо как я оказалась среди привилегированных гостей, в самом центре аристократии. Даже Кармайклам вход в эту ложу был закрыт. Не было и карточек с именами деда и тети Грейс. Очевидно, чтобы попасть сюда, нужно было родиться особой королевской крови или быть претенденткой на роль принцессы.
- Не крутись, - прошептал мне на ухо Эллиот. - На тебя сейчас все внимание прессы.
И действительно, позади остальных сидящих я заметила репортеров. Объективы камер были направлены в нашу с Эллиотом сторону.
- Меня не предупреждали, - пробормотала я, с ужасом думая о том, что будет, если я спотыкнусь во время танца. И прежде я немало волновалась, теперь же уровень моей тревоги перешел любые отметки. Я даже забыла о вчерашней угрозе Эллиота объявить о намерении жениться на мне, и лишь взгляды гостей, направленные на нас, сумели вновь напомнить об этом.
- Ваше высочество, - тихо начала я, пользуясь тем, что при репортерах Эллиот сдержится, - я хотела спросить вас о нашем разговоре.
- О каком? - не сразу понял он. - Ах, о разговоре. Ну, я не вижу на твоем пальце кольца. А ты?
- Нет, - пролепетала я. Эллиот усмехнулся и отвел взгляд.
Следующие несколько минут нам было не до общения - ложу медленно начали заполнять гости. Эллиот тепло приветствовал их, а я, точно статуя стояла рядом. Принц Френсис, брат Шарлотты, был ничуть на нее не похож. Он был намного симпатичнее сестры, но угрюмое выражение лица и презрение во взгляде придавали ему неприятный вид. Он холодно приветствовал Эллиота кивком головы и углубился в разговор с матерью. Чуть поодаль, скучая, сидела его супруга Камилла в окружении крошечных сыновей.
Мы уже двадцать минут сидели на своих местах, когда зал наполнили звуки гимна, двери распахнулись и внутрь вошли король и королева, а следом за ними Джорш и Шарлотта. Шарлотта сильно нервничала, это было заметно даже мне, а Джорш выглядел совершенно отрешенным. Когда звуки гимна стихли, королева, Джорш и Шарлотта заняли свои места на сцене, а король начал свою речь.
Он говорил очень долго, вспоминая совместное прошлое Союза и Ренельштейна, и я с трудом сдерживалась от зевоты. Я была не одна такая, Эллиот бездумно смотрел в пространство перед собой. Почувствовав на себе мой взгляд, он улыбнулся. К счастью, минут через десять Дориан наконец-то закончил расточать комплименты в адрес будущего союза, и уступил место Джоршу и Шарлотте.
Зал осветили вспышки камер. На лицах Шарлотты и Джорша застыли искусственные улыбки. Неужели кто-то действительно купится на них? Джорш снял с пальца Шарлотты медное кольцо, которое она носила как кандидатка на роль невесты, и заменил его серебряным с крупным розовым камнем.
- Эта традиция зародилась после войны, - прошептал мне на ухо Эллиот. - У Марка Фелсена, первого короля Союза, не было ни денег ни возможности отыскать достойное кольцо для будущей королевы Беатрисы, и он подарил ей медное, обещая, что сделает своей невестой, когда страна немного восстановится.
- Это то самое кольцо? - удивилась я и тут же поняла, какую сморозила чушь.
- Разумеется, то, - не удержался от ехидного комментария Эллиот. - Принц обходит дома с кольцом, и та, кому оно приходится впору, становится принцессой.
- Придется сломать пальцы, когда придет мой черед, - разозлилась я, и Эллиот снова ухмыльнулся.
Джорш и Шарлотта читали клятвы, обещая, что за время, предшествующее свадьбе будут относиться друг другу с тем же вниманием и почтением, что и супруги, будут честными и откровенным, и проверят прочность своих чувств прежде, чем стать мужем и женой.
Это был очаровательный фарс. Королева-мать, которая сидела рядом с матерью Шарлотты, благовоспитанно промакивала увлажнившиеся глаза кружевным платком. Хлое Кармайкл громко аплодировала, когда клятвы были принесены. Вновь заиграл гимн, теперь уже Ренельштейна. Джорш и Шарлотта заняли свои места, и вновь снова вышел король Дориан.
- По сложившейся традиции, сегодня мы приветствуем не только союз кронпринца и его избранницы, но и объявляем имена тех кандидаток, которых мы отобрали для роли младшей принцессы. Первая из них леди Уиллстон, Кэтрин Бергман, к нашему глубочайшему сожалению не смогла присутствовать на церемонии. Мы ждем ее приезда на следующей неделе. Что касается второй кандидатки, то ее представит мой младший сын принц Эллиот.
- Пойдем, - Эллиот взял меня за руку, и мы вместе поднялись на сцену. Мне было непривычно ощущать свою ладонь в его ладони. Даже Джорша я всегда брала под руку. Мы стояли посреди сцены и вновь щелкали затворы камер. Эллиот выпустил мою руку и сделал шаг вперед.
- Согласно воле моего отца и моему выбору, второй кандидаткой становится леди Ивстон, Кьяра Тайлс.
До меня не сразу дошло, что произошло. Эллиот назвал мое обычное имя, не дворянское. Теперь уже было не важно, что я написала в нашем договоре с королем. Меня объявили той, кем я всегда и являлась, и с этим именем будет связана моя дальнейшая жизнь, как бы она не сложилась.
Украдкой я бросила взгляд на Дориана. Как и все он улыбался, но я не обманывалась на его счет. Я была уверена в том, что он еще призовет Эллиота к ответу. Тем временем Эллиот взял из рук лакея поднесенное на бархатной подушке медное колечко и надел на мой безымянный палец.
Мы встретились взглядом, и меня точно ударило током - на какой-то момент все происходящее перестало быть какой-то далекой пугающей перспективой - оно стало настоящим. И это настоящее могло и в самом деле закончиться помолвкой и свадьбой.
Эллиот сжал мои пальцы, и мы заняли место рядом с Шарлоттой и Джоршем. И вновь я избегала взгляда Джорша. Уж лучше бы мы по-прежнему были с ним в ссоре, тогда бы я не чувствовала себя такой виноватой перед Эллиотом и Шарлоттой. Я даже не слышала окончания речи Дориана, и очнулась от своих мыслей лишь тогда, когда объявили о вальсе.
Эллиот вывел меня на середину зала и мы неторопливо закружились в звуках музыки. Он был прав, после вчерашнего мне было гораздо проще следовать за ним. Эллиот улыбался.
- Играешь на публику?
- Нет, - усмехнулся он. - Просто вспомнил вчерашний день и честно пытаюсь представить на твоем месте носорога.
Я прыснула от смеха. Напряжение тотчас куда-то улетучилось, и я поняла, что могу получить удовольствие от танца. Когда вальс стих, зал в последний раз наполнили звуки гимна, и мы вчетвером торжественно покинули церемонию.
- Ты перепутал имена? - спросила я, когда мы оказались в холле. Джорш и Шарлотта остановились у дверей, а мы с Эллиотом направились вверх по лестнице.
- Нет, просто подумал, как это глупо придумывать имя для двора. Ты же Кьяра Тайлс. О тебе писали в газетах, так что было бы нелепицей, если бы ты вдруг превратилась в кого-то еще.
- Боюсь, твой отец так не считает, - вздохнула я. - Ох, простите, ваше высочество, я опять забыла, с кем разговариваю.
- Да прекрати ты, Тайлс. Я только что надел кольцо тебе на палец, можно уже и забыть о субординации, - мы остановились у дверей в нашу с девчонками комнату. - Завтра нужно будет сделать официальные портреты. Твоя камеристка в курсе.
- Хорошо. Значит, занятий не будет?
Эллиот мне не ответил. К нам подошел один из стражей, которых я никогда не видела в Ньюстоне, и, извинившись, отозвал к себе принца. Тот отошел в сторону. Я не слышала, о чем они говорят. Эллиот изменился в лице и кивнул парню. Тот поклонился и скрылся с глаз.
- Что случилось? - насторожилась я, глядя на принца.
- Нечто очень скверное, - отозвался он. - Вот что, - Эллиот задумался. - Да, наверное, придется сделать так, - пробормотал он, - Кого ты знаешь из стражей, кто умеет хранить язык за зубами?
- Мы все этому обучены, - не поняла я.
- Мне нужны люди, которые будут скрывать правду даже от отца. Те, на которых можно положиться.
- Сандра, Натали, Беверли, Сэм, Аарон.
- Кармайкла нельзя, - покачал головой Эллиот. - А вот Беверли... Не знаю даже. Ладно, с ней и твоим другом я решу позже. Пока что приготовьтесь с подругами. Мне нужны стражи. Я переговорю с отцом. Уверен, он жаждет со мной пообщаться по поводу церемонии, а затем мы с вами немного прокатимся без охраны.
- Эллиот! - я позволила себе повысить голос. - Что происходит? Я должна знать, если подставляю под удар своих друзей.
- Ты права, - кивнул принц. Лицо его было бледным и потрясенным. Я испугалась. Никогда не видела Эллиота в таком виде, - Мне удалось найти Николь Эрлоу.
- Она жива? - сердце мое замерло в груди.
- Не кричи, - поморщился Эллиот. - Да, она жива. Но если то, что она рассказывает, правда, то ее жизнь в большой опасности. Она знает, кто убил Ричарда, и этот человек отнюдь не конфедерат. Он один из нас.