( Окончание)
Утром Лёшка вышел на кухню. Небритый, скулы заострились, под глазами - тёмные круги на пол-лица. Поставил чайник, налил кофе. Не сграбастал в охапку, не коснулся губами маленького изящного уха, которое так любил.
Зоино сердце тревожно рванулось и заныло. Но лишь на долю секунды.
В голове крутился интересный сюжетный поворот, упорхнёт, не поймаешь. И женщина, наскоро плеснув кофе в кружку с бегемотами, вернулась к компьютеру.
Муж выздоровел, конечно. Но стал сдержанным, замкнутым. Не называл жену "Зоей из мезозоя", не шутил, как умел только он.
Зоя ощущала перемены, когда выныривала из-за компьютера на свет божий. Но книгу надо было сдавать, впереди маячил дедлайн. Так что времени на что-то другое не оставалось.
Книга удалась. Истории любви четырёх подруг были написаны живо, с юмором, интересными сюжетными линиями и лиризмом. Как говорится, и смех, и слёзы, и любовь.
Критики шипели: банальщина. Зоя сначала огорчалась, потом поняла: её книги доросли до внимания этих пираний пера. Значит, как писатель уже чего-то стоит.
Гонорар за книгу оказался приличным. Пригласить мужа в ресторан отметить первый крупный успех? А как-же! Но Лёха лишь глянул исподлобья:" Не могу сегодня. У меня, знаешь ли, могут быть свои дела."
Как наотмашь ударил. Зоя аж вздрогнула от обиды. За что он так?
Но тут запиликал гудок мессенджера. Блин! Блин! Блин! Не может быть! Предложение от крупного издательства! Публиковаться у них - знак качества, успех, ещё один шаг к вершине.
И Зоя засела за новую книгу. Психологический триллер " Ты себя знаешь?" Её, что называется, накрыло. Писала запоем, вставала по ночам, чтобы надиктовать на телефон диалоги, мысли, сюжетные линии. Маньяк слова, писатель, которого оседлала муза. Человек, нашедший себя.
Успех пришёл , окончательно и бесповоротно, без права на амнистию. Критики на этот раз пели хором Турецкого: бестселлер!
Зоя знала, что так и будет. Но известие о номинации на "Серебряный стилос" заставило сердце пропустить пару ударов. Вот она, её вершина! Её писательский триумф.
Скорее поделиться с Лёшкой! Женщина словно очнулась. Последнее время с мужем общались, как соседи по коммуналке. Рядом, но не вместе. Параллельные линии, которые больше не пересекались.
Муж улыбнулся одними губами. Собирал чемодан. Молча оделся, молча закрыл за собой дверь. Страшно, когда так. Молча, тихо, спокойно, окончательно. Тишина может убить, теперь Зоя это знала. Тихо, пусто, холодно. Больно так, что крик застревает в горле.
Не хватало его мерного дыхания по ночам. Запаха одеколона. Шуток, которые легко переходили в остроумные подначки. И тепла. Так бывает тепло, если человек твой. На 1000% процентов.
Боже, на что она променяла самого дорогого человека? На что?
Через три месяца состоялось вручение премии. Зоя стояла в свете софитов и улыбалась. Обаятельно, изысканно, по-голливудски. Её Парнас. Её вершина. Только пусто и холодно одной. Триумф не приносит радости, если не с кем его разделить.
Домой вернулась опустошённой. Плеснула в бокал вина, стянула, чуть не порвав, дорогущее платье. Хмель мягко подкрался, притупляя боль. Из ласкового полузабытья вывел звук телефона:
- Поздравляю. Ты достигла цели. Как оно там, на литературных высотах?
- - Пусто и холодно.Мёртвой оказалась моя вершина без тебя, Лёш! - слёзы хлынули, сметая остатки пустой гордости и самообладания.
Гудки в трубке. Муж прервал разговор. Зоя выла в голос. Стилос из серебра полетел с балкона. Она крушила квартиру, как раненая пантера.
Звонок в дверь. Не хочется идти открывать. Да что уж там, даже дышать не хочется. Нетрезвая, с потёкшей косметикой, женщина повернула ключ:
- Лёшка!
- Ну ты и устроила погром, мать! Талантливая женщина талантлива во всём?
- Господи, как ты мне нужен! Ты, а не эта мишура. Только ты!
- Дурочка моя!
Через полчаса они сидели на балконе. смотрели на звёзды и пили кофе. Из кружек с бегемотами.