У Бабуси, как у любой порядочной Яги была внучка. Может быть, и не одна, но рассказ наш о Ягулиньке.
Внучка была в меру послушной, не в меру любознательной, и без меры веселой.
А вообще, всё дело в размере меры, правильно?
Бабушка очень любила её. Особенно в двух случаях.
Когда её привозили ей в гости. И когда забирали. Потом очень любила на расстоянии, пока не соскучивалась до сильной грусти.
С её приездом жизнь в Избушке начинала бить ключом, по разным частям тела. Живущих. Приходящих. Входящих и уходящих.
В этот раз её привезли, потому что родителям срочно понадобилось лететь на какое-то серьезное мероприятие, куда детей было брать рискованно.
Ибо заскучали бы они там. А когда дети начинают скучать, взрослым становится весело. Излишне.
И стали Бабушка с внучкой жить поживать, да Домового развлекать. Тот и сам был не против.
И был у Бабы Яги большой, очень большой шкаф, под замком. Куда внучке забираться было категорически нельзя! Вот ни под каким соусом! На нём даже замок висел.
Ясно дело, манил её этот шкаф с непреодолимой силой. Но замок, понимаете ли.
Она к нему и так, и эдак. Висит противный!
И что любопытно, туда даже Домовому нельзя было заглядывать! Вот никак!
Он давно уже на него облизывался, но…замок! Висит и скалится!
Как-то раз Ягуся была сильно занята домашними делами. Что уж именно её так заняло, уже и не помню, то ли дрова солила, то ли капусту коптила, не суть. Главное, что занята была так, что оставила Ягулиньку на Домового. И велела приглядывать.
Он приглядывал. Рядом со шкафом.
Они за ним вдвоем приглядывали. Упорно и настойчиво.
Гвоздь даже нашли какой-то. И что вы думаете? Вот совершенно случайно, так вышло, что замок открылся!
И дверца скрипнула!
А оттуда….ой….оттуда как свалится что-то на Ягулиньку! На всю! И даже на Домового хватило.
Что не понятно, но перепугались оба до мурашек и визга.
Визг получился не громкий. Во-первых, Ягу привлечь боялись. Во вторых то, что свалилось, было большим и заглушающим.
Свалилось и валяется на внучке с Дедом.
Внучка от него и так и сяк освободится, пытается, а ничегошеньки не выходит.
Только пуще запутывается.
Крутится, крутится, закручивается в этот кокон всё больше и больше. И всё страшнее и страшнее становится.
Кажется, что схватили её и не пускают. Кто не понятно, но страшно до жути. Ещё и Домовой страстей добавляет, кряхтит, пыхтит рядом, и тоже выпутаться не может.
Стала Ягулинька от страха по Избушке прыгать, крутиться.
И докрутилась до чего-то, за что можно ухватиться.
Ухватилась…..а оно как поскачет, как понесет её куда-то, да по пути стук, шум, грохот.
Яга со двора принеслась, видит, что-то по Избушке скачет, прыгает, вопит, страшное.
И шкаф открыт.
Схватилась она за голову.
А то, что по Избушке носилось, вдруг в окно вылетело.
На метле.
За неё внучка ухватилась. Яга старшая-то не разобралась, что это такое жуткое по Избе мечется.
А метелка, перепуганная цепкими пальчиками, нашла выход в виде раскрытого окошка, и мырьк туда!
Да давай кульбиты выделывать, чтоб скинуть то, что ей в прутики мертвой схваткой вцепилось.
А оно не скидывается, не отцепляется.
А вороны вокруг переполошились, орут, каркают. Сороки трещат.
Заяц с перепугу всю морковку с огорода упертую потерял.
Пугало, закрыв глаза, упало ничком в грядку.
Михайло Потапыч, услыхав шум, забился в зимнюю берлогу, где ещё даже генеральной уборки не было.
Тем временем к Яге на чай самоварный шел Горыныч. Подошел он к полянке, глядь, перед Избушкой что-то такое на метле мечется, орет, вопит, метла пытается отмахаться, не выходит!
И тут у метлы удался самый виражный вираж, и то, что в неё вцепилось, не удержалось!
Да прямо на среднюю шею Горынычу и свалилось!
Тот, потеряв всё самообладание, резко забыл про лишние полторы тонны веса, и взмыл под облака.
До старшей Яги наконец-то дошло, что надо устроить допрос с пристрастием Домовому, и она узнав, что это её внучка такие фортеля выделывает, схватилась за голову, прыгнула в ступу, и громко вопя Горынычу:
- Стоять! Кому сказано! Стой, Змей поднебесный!
Сумела его приземлить.
Когда удалось отцепить коготки внучки от шеи Горыныча, тот уже не хотел ни чая, ни плюшек, ибо хотелось ему, как раз противоположного
Внучку распутали. Успокоили.
И наказали. Вместе с Домовым.
Они весь вечер в углы простояли. Потом пришлось угол белить и штукатурить заново.
И вот ведь незадача! Шкаф снова оказался закрыт! А то, что на внучку свалилось, убрано в него.
Так эти два шкодника ничего и не узнали.
Яга после того, как их из угла выпустила, долго пила чай на веранде.
И посматривала на календарь.
До конца важной встречи родителей Ягуленьки оставалось ещё полтора месяца….
P.S. Что было в шкафу, здесь ну, если вам интересно:)
И почему Горынычу не удалось попить чайку если ещё не читали:)