Процедурный триллер с эстетикой 19 века, от режиссёра Скотта Купера (Scott Cooper) “Всевидящее око” (The Pale Blue Eye), привлекшая на свою сторону Эдгара Аллана По, неспешна как улитка. И в этом её прелесть.
Это не оригинальный сценарий, а адаптированный. Фильм снят по детективному роману 2003 года американского писателя Луиса Байярда (Louis Bayard). The Pale Blue Eye представляет собой детективную историю, которая крутится вокруг убийства кадета. Действие разворачивается в 1831 году в Вест-Пойнте, где молодой Эдгар Аллан По был курсантом. Роман получил номинацию на премию Edgar Awards (вручаются за лучшие произведения в криминальном жанре) и на CWA Dagger Awards (влиятельная премия в области детективной литературы).
Сюжет фильма
1830 год. В Военной академии Соединённых Штатов в Вест-Пойнте произошло убийство кадета (его не просто повесили, но после этого вырезали сердце). Для расследования убийства старшие офицеры Академии привлекли отставного ветерана-полицейского Огастуса Лэндора, чтобы он выяснил, кто это сделал и почему.
В помощники Лэндор берёт одного из кадетов Академии – Эдгара Аллана По. Парень сначала кажется совсем неподходящим для такого дела, показывая себя слишком поэтичным. Но Лэндор понимает, что По не так прост, и его сложный глубокий ум поможет им на пару раскрыть загадочное дело.
Слоган к фильму звучит: Every Heart Tells a Tale. Это отсылает к рассказу Эдгара Аллана По 1843 года “Сердце-обличитель” (The Tell-Tale Heart). В этом рассказе безымянный рассказчик убил старика, потому что у того был глаз стервятника с бельмом, бледно-голубой глаз, покрытый плёнкой (He had the eye of a vulture – a pale blue eye, with a film over it). Из самого рассказа взята фраза, ставшая названием всего фильма.
***
Эта история показывает, на что способен негодующий человек, как он переживает своё горе, как расширяются границы дозволенного. При этом поднимается вопрос нюансов, как оценивать поступок человека. И сюжет подсказывает, что нужно обращать внимание на мелочи при вынесении приговора, смотреть намного глубже, чем личное отношение или внешние изъяны, типа глаза с бельмом. На это и намекает страшный рассказ Эдгара А. По “Сердце-обличитель”, в котором герой избавляется от человека только потому, чтобы тот смотрел на него своим бледным глазом (pale blue eye).
Заметки на полях
Главный герой фильма – это детектив в отставке Огастус Лэндор. Он в одиночестве живёт в своём коттедже, вдовец, его дочь два года назад, по его словам, сбежала с одним парнем и вряд ли вернётся снова. Он любит выпить, ночи проводит с добросердечной хозяйкой таверны Пэтси. Он кажется незаинтересованным в жизни, как каком-то бодром действии, всё больше ходит с поникшей головой. В прошлом он был великолепным специалистом, мог добиться признания от преступника, используя всего лишь свой “пронзительный взгляд” (piercing look). Встряхнулся он из-за вызова в кадетскую Академию. Это заставило его снова почувствовать волнение.
Но то, что в 2000х выглядело бы бодро, в стиле Джона Ву или Майкла Бэя, в детективе Скотта Купера происходит размеренно.
Этот детектив с примесью триллера по идее и должен быть неспешным хотя бы потому, что его действие помещено в 19 век. А это то время, которое радикально отличается от 20 века, когда научно-техническая революция набирала обороты, и уж ещё больше отличается от 21 века – особенно той части, в которой довелось жить нам. Технологии совершенствуются не только потому, что прогресс не должен стоять на месте, но и потому, что обстоятельства заставляют думать быстрее. Возьмите covid-19, который подтолкнул людей перейти на расстояние друг от друга и при этом не останавливать бизнес. Люди научились быстрее соображать, управляться с делами удалённо, отбросили необходимость в отдельном пространстве в бизнес-центре, поняли, что можно решать вопросы, имея лишь смартфон.
Это длинное отступление нужно для того, чтобы показать, как точно режиссёр попал в темп повествования. Его время в кадре замедленно, интенсивность расследования выглядит как движение лавовых пузырей в лампе – гипнотическое и завораживающее.
Мне очень понравилось, как режиссёр забросил меня, зрителя, в 19 век и показал процесс расследования преступления. Да и в целом запутал, сначала рассказывая одно, а в финальных сорока минутах – совсем другое.
Конечно, значительный плюс этой истории в том, что она вдохновлена эстетикой творчества Эдгара Аллана По. Это видно с самого начала фильма – титры сделаны под почерк поэта и журналиста, а название фильма по стилю напоминает его автограф.
Эпиграфом к истории служит высказывание писателя о том, что грань между жизнью и смертью размыта, кто сможет определить, где кончается одно и начинается другое. Это полностью укладывается в концепцию кинематографа (по тому же принципу создан сюжет и недавнего “Бардо” Иньярриту) – всё происходящее то ли сновидение, то ли чья-то выдумка, а, следовательно, происходить может всё, что угодно.
Воспринимая происходящее на экране через такую концепцию, отбрасываешь сомнения в уместности поэзии и подключении писателя к расследованию. А то получается какой-то сюрреализм. Эдгар Аллан По как писатель ввёл в литературу детективный жанр, его именем даже названа премия Edgar за лучшие сюжеты с криминальным уклоном, он любил уходить в мистику, фантастику, иррациональность, странно увлекался смертью. И вдруг произведение, которое могло вполне принадлежать его перу, становится местом, где он сам действующее лицо.
С одной стороны, преступление вполне могло произойти в реальности, но, с другой стороны, его обставили как совершенно таинственное событие, которое является частью религиозного культа, куда замешаны охотники за ведьмами, оккультисты, чёрные маги, а сверху внимание отвлекли поэтическим включением. Когда детектив Лэндор впервые поговорил с По, тот рассуждал отстранённо, уводя внимание в тонкие материи, где очерствевший детектив давно не был, с тех пор, как расстался с дочерью, если точно. По сказал, что убийца поэт. “Ведь сердце – это символ, иначе оно ничто”.
Уже зная финал, можно сказать, что убийца действительно "поэт". Все сложенные воедино сцены и факты на это указывают.
В фильме есть сцена, напоминающая театр теней. Детектив Лэндор спас По от нападения кадета. Если бы детектив не подоспел вовремя, По мог не справиться. Когда Лэндор и По стоят на тропе на фоне ночного неба с выделяющимися на его фоне чёрными ветвями деревьев, это наталкивает на двойной смысл. Две фигуры как на сцене, и, хотя По выражает свою признательность внезапно обретённому другу, на самом деле не всё так очевидно. Ведь театр теней основывается на белом экране и марионетках. По сути, оба они и есть марионетки друг для друга.
Эдгар Аллан По заявляет о себе как о человеке одиноком, который терпит издёвки кадетов из-за всего (внешности, возраста, манер). До появления Лэндора он разговаривал только со своей матерью, усопшей двадцать лет назад, но она является ему в сновидениях. В детективе он обрёл друга, он единственный, кто не упрекал его и не унижал, По манипулятивно дал понять, что ему хотелось бы продолжать общение (до финального открытия), ведь так он поможет ему не чувствовать себя одиноким и несчастным. Лэндор же преследовал исключительно свою цель в Вест-Пойнте, а пыл кадета По оказался ему на руку. Лэндор обращал на парня внимание, нуждался в его помощи, чем с лёгкостью мог руководить его действиями и мыслями (до определённого момента).
Именно такое построение плана логично, ведь оператором проекта является японский мастер Масанобу Такаянаги (Masanobu Takayanagi). В целом он создал красивые кадры, воспроизводя великолепные оттенки серого, белого и всполохи речной воды и синей униформы курсантов Военной академии Вест-Пойнт.
На самом деле мне очень понравилось это кино. Оно умело разыграно и визуально эффектно, водит зрителя по окутанным туманом лесным массивам, среди снега и массивных интерьеров, при этом у него необычное привлекательное повествование. Талант Кристиана Бейла (Christian Bale), исполнившего роль детектива Лэндора, и азартный напор Гарри Меллинга (Harry Melling) в исполнении Эдгара Аллана По с витиеватыми оборотами речи и живой жестикуляцией, делают медленное расследованием интересным, зажигая планы, окрашенные по большей части в одном холодном тоне, разноцветными огнями как от электрической гирлянды.