Вчера убирала в доме перед праздником и мне откуда-то свалился клочок бумаги, на котором рецепт хвороста. Раньше такие часто писали на работе и пихали в карман.
Но думаю, ко мне в руки он попал не случайно. И вот почему.
Моя мама всегда перед Рождеством пекла хворост. Две больших эмалированных чашки (раньше в таких посуду мыли).
Рецепт её помню плохо, но кажется, что на одно яйцо – ложка сметаны. Вот и весь рецепт. Мука тоже есть. Заметьте, ни соли – ни сахара. Помню, подобных рецептов, без соли и сахара, было несколько. Это и заварные, это и медовая горка, пальчики. Всё это потом посыпалось сахарной пудрой.
Представьте, насколько меньше сахара поступало в организм!
И «тазиками» никто не ел. В семье – пятеро детей. Одна чашка предназначалась для гостинцев соседям и родственникам. Другую семь человек ели пять дней и даже больше.
Часто на зимние каникулы приезжали двоюродные братья и сёстры. Всем этот хворост очень нравился.
Почему-то пристрастия к сладкому не было. Хворост хранился на морозе.
И в семье полненьких не было, это я одна такая получилась и то уже к сорока годам…
Пекли хворост строго на гусином (утином) жире. Раскатывали тесто на клеёнке, чтобы её цветочек проглядывал, это означало, что раскатывать достаточно, линейкой никто не мерил.
Я много раз пробовала, но такой тонкий листик у меня всё равно не получался. Мама была мастерица в этом деле, у неё всё было тонкое: и листики, и блинчики, и пряжа. Побить её рекорды я так и не смогла.
* * *
Затем нарезали на полоски, на краях которых делали бахрому, две из них переплетали и скрепляли в кружок. Надо было класть и доставать хворост очень осторожно, чтобы они не разорвались.
Жарили на медленном огне, чтобы хворост был желтым. К сожалению, у меня так не получилось. Ну не моё это: готовка, стряпня...
А память просит...
Многие мои друзья до сих пор вспоминают мамин хворост.