Границы, проведенные людьми - они условные, конечно, но иногда природа необъяснимым образом им подчиняется.
Как пересекаешь совершенно прозрачную российско-казахстанскую границу, так пропадают почти все деревья, а как я покинул Хакасию между Шира́ и Ужуром, так сухая степь сменилась не то чтобы мокрыми, но сплошь засеянными плодородными полями, а лысоватые горные отроги сменились поросшими берёзами холмами.
Вместо мелких степных речек - полноводная река Чулым, лениво текущая на север и запад, в Томь и Обь.
С некоторых ракурсов можно подумать, что здешние пшеничные поля - это не Восточная Сибирь, а как минимум Центральное Черноземье.
А местные мне рассказывали, что всё держится на нескольких переживших постсоветские времена совхозах, и дескать даже самый богатый человек в местном городке Ужуре - не какой-нибудь торгаш, а директор совхоза.
Но тут же прибавляли, что сейчас мол уже всё не то: вот раньше и рыбу держали, а без рыбы-то хозяйство неполное!
Даже Ужур немного похож на уютные города Черноземья: разноцветные магазины на главной улице, много новых частных домов, неуклюжее, но затейливое благоустройство.
Хотя кое-где сибирская суровость и грубые формы этой далёкой земли всё же проступают.
И даже ракетная часть на окраине, где сейчас спешно строят новую шахту для "Сармата", не контрастирует с общей южной атмосферой.
Хотя вот холодный ветер при солнечной погоде в самом начале сентября не даёт перепутать регион.