Не знаю, кто придумал, что четырехлистный клевер приносит удачу, но он был прав!
Перед самыми родами, и первыми, и вторыми, я его находила, и оба раза мне страшно везло.
Обе беременности я дохаживала в деревне, у свекрови: лето, жара, а там дом большой, старинный, с толстыми каменными стенами, огромный тенистый двор и сад. Хорошо. Пойдешь до речки прогуляться, по пути, бывает, прихватит - присядешь под кустом (все, кто помнит это состояние, когда пузо огромное и ребенок играет в футбол с твоим мочевым пузырем, поймут, о чем я, а остальные догадаются). Ну, вот, сидишь, тень и прохлада, процесс идет, ты в медитативном расположении духа разглядываешь травинки и букашек, и вдруг видишь счастливые четыре листика.
До родов мне оставалось две недели, когда приехал муж. Специально взял отпуск пораньше, чтобы успеть отдохнуть и выспаться. Приехал, поужинали, в одиннадцать легли спать, а в час ночи у меня отошли воды. Трясу его за плечо:
- Я, кажется, рожаю!
Он спросонья возмутился:
- Ты нарочно это?! В первый же день?!
Едем в больницу. Первые роды - дело небыстрое. Я даже голову успела помыть. Расчесывать, правда, уже не было ни сил, ни желания. Больница хорошая, врачи тоже. Особенно насмешил акушер. По-фрнацузски "акушер" - "sage-femme", "дословно "мудрая женщина". А тут в палату заявляется здоровяк под два метра с огромными волосатыми ручищами и говорит: "Мудрую женщину вызывали? Вот он я, пришел!"
Примерно через час после того, как меня повезли непосредственно рожать, в родовой блок начали стекаться люди: еще две "мудрые женщины", интерн, неонатолог, хирург. Краем сознания я понимала: что-то пошло не так. Я изначально отказалась от обезболивания, и ко второму часу уже искусала мужу все руки: кричать громко не хотела, боялась лишние силы растратить.
Тужиться полтора часа каждые полторы минуты - это и марафонца доканает. Мне говорят, что на УЗИ ничего не выявили, сердцебиение у ребенка хорошее. В чем дело никто не понимает.
К третьему часу марафона хирург не выдерживает и со словами: "Если к полудню она не родит, я опоздаю на обед" (грeбаные французы - обед по расписанию!), хватает вантузу. Которая срывается три раза. Это больно. По разговорам медперсонала я понимаю, что кесарево делать поздно - ребенок застрял там, откуда его либо рожать самой, либо, как в страшных сериалах, его разрежут и вытащат по кускам, чтобы "спасти мать".
Хирург берется за щипцы и накладывает их по живому, даже без местной анестезии. Так, наверное, в гестапо пытали. Моя свекровь рассказывала, что первого ребенка тоже рожала тяжело, ей тоже накладывали щипцы, но под общей анестезией. А хирург, за три часа вдоволь насмотревшись на мою борьбу, решил, что у меня крутой болевой порог - так чего зря время терять?
Когда ему, наконец, удается вытащить мою дочь, все вокруг начинают в панике бегать и суетиться, слышен шепот: "Пуповина, быстрее!" Оказывается, они не заметили двойное обвитие! Мы боролись, стараясь, дочка - выбраться на свет, я - вытолкать ее, а пуповина тянула назад. Обычно в таких случаях сердце у ребенка сбивается с ритма, замедляется, это сигнал для врача. А моя перла три часа напролом и даже не запыхалась.
Друг детства моего мужа тоже родился с двойным обвитием. У него травма на всю жизнь осталась: я, мол, не должен был выжить, я обречен, моя жизнь не имеет смысла... Когда дочка подросла и попросила рассказать, как она родилась, я решила сразу настроить ее на позитив: мол, так и так, было трудно, но ты такая молодец - так мне помогла! Если б не ты, я бы одна не справилась. Мы - команда. И вот удивительно, какая-то уверенность у нее с раннего детства, что она - боец.
Все три следующие до выписки дня к нам в палату не зарастала народная тропа: хирург с лицом человека, выигравшего в лотерею, трепетный интерн ("это что у вас, френч? на ногах?" - "ну, да, я перед самыми родами мастера на дом вызывала, ребенок меня в первый раз будет видеть, а я?"), "мудрые женщины", студенты. Все хотели посмотреть на двух выживших. Самое интересное, что у дочки от всех инструментов, которыми ее пытались из меня вытащить, не осталось ни малейшего следа. Я, правда, два месяца не могла сидеть и прописалась у остеопата - у меня от всех трудов так лихо вывихнулся копчик, что его никак вправить не могли.
Если бы не четырехлистный клевер, не видать бы нам счастья!
А так, у меня было ощущение, что жизнь заготовила мне тяжелые камни, но когда жестокая рука начала ими меня забрасывать, они в полете трансформировались в тухлые помидоры.
Неприятно, но не смертельно.
Просто волшебство какое-то.