С.Б. Переслегин некогда выдвинул так называемую «теорию менталитетов», согласно которой существует всего четыре базовых менталитета: варвар, аристократ, интель и буржуа. У них кардинально различающиеся потребности, представления о правильном и т.д. С точки зрения варвара, идеальный мир представляет из себя первобытную анархию. В современности носители данного мировоззрения обычно становятся «выживальщиками» (хотя бы в собственном воображении) и мечтают о всеобщем апокалипсисе, после которого только и можно будет зажить настоящей жизнью.
Мир мечты буржуа воплотился в реальности. Это благополучное и стабильное общество, в котором всякие потрясения происходят где-то далеко. И для обычного человека они сводятся к колебаниям валютного курса и прочим чисто финансовым делам. Аристократы же мечтают об опасных приключениях и великих подвигах. В отличие от варваров, им нужно не просто собственное племя, но высшее общество, которое оценит их подвиги по достоинству. А о чём мечтают интели?
Это может показаться странным, но с точки зрения интеля идеальный мир выглядит как Средневековье. Не обязательно в прямом смысле слова, то бишь с нищетой и крепостничеством, но по своей сути. Он жёстко стратифицирован, каждый занимает в нём свою социальную нишу. Простой народ работает, аристократы (или менеджеры, не суть, лишь бы не сами интели) им управляют. Войны ведут аристократы же, причём это рафинированная «война в кружевах», не затрагивающая быт и жизнь прочего населения. Буржуи торгуют, но и только, никакой политической власти у них нет.
Главная фишка интельского мира — наличие в нём всевластной церковной или любой иной идеологической власти. Она насаждает свою единственно верную доктрину, присягать которой обязательно для всех. И её специально уполномоченные представители не только имеют право, но и обязаны проверять, правильно ли прочие слои общества понимают церковные (идейные) догматы, а понимающих неправильно — по-отечески вразумлять. К примеру, отправляя в специальные учебно-трудовые монастыри.
В самом мягком варианте интельского рая духовный мир всех не-интеллектуалов просто игнорируется. То есть аристократы, буржуи и крестьяне могут верить во что хотят и думать о чём хотят, лишь бы не лезли в политику. Вся реальная власть сконцентрирована в руках интеллектуалов, которые следуют учениям великих философов. Именно таков критерий отбора в управляющие структуры — через экзамен, на котором абитуриент должен в письменной (это важно) форме доказать своё знание и понимание трудов учёных прошлого.
Такая структура социума вовсе не является недостижимой утопией. Она реально существовала в Древнем Китае, где экзамен на знание трудов Конфуция и его комментаторов был обязательным для занятия любой чиновничьей должности. Торговцы почитались низшим сословием, годным лишь для уплаты налогов, крестьяне были просто рабочей силой, аристократов же всячески давили и стремились полностью подчинить диктату чиновников, каковыми могли стать только и исключительно интеллектуалы — то есть люди, успешно сдавшие тот самый письменный экзамен. На западе нечто похожее было в Древнем Египте, чиновниками в нём были писцы, относившиеся к жреческому сословию.
Каковы основы интельского социума? Во-первых, абсолютный приоритет власти духовной (то бишь идейной) над светской. Во-вторых, в эту духовную власть должны допускаться только способные понять, осознать и развивать Великое Учение (в чём бы оно ни заключалось). В-третьих, материальная культура (включая все финансовые и коммерческие структуры) должна подчиняться целям Великого Учения. Определять же эти цели могут только жрецы Учения, но ни в коем случае не необразованные массы, то есть никакой демократии быть не может в принципе.
В итоге получается доктрина политического доминирования духовной власти, которую на протяжении веков стремилась воплотить в реальность Римская Католическая Церковь. Что неудивительно, ведь в раннем Средневековье не было ни независимых университетов, ни судейского сословия, поэтому все интели вынужденно концентрировались в монастырях. Весьма специфическую социальную среду в них великолепно показал Умберто Эко в романе «Имя розы».
Как же интели относились к другим сословиям? Об этом можно судить по бессмертным строчкам поэта XII века Бертрана де Борна:
«Мужики, что злы и грубы,
На дворянство точат зубы,
Только нищими мне любы!
Любо видеть мне народ
Голодающим, раздетым,
Страждущим, не обогретым!
Пусть мне милая солжёт,
Ежели солгал я в этом!
Нрав свиньи мужик имеет,
Жить пристойно не умеет,
Если же разбогатеет,
То безумствовать начнёт.
Чтоб вилланы не жирели,
Чтоб лишения терпели,
Надобно из года в год
Век держать их в чёрном теле».
Стоит заметить, что к аристократам и буржуа интели относились ничуть не лучше. Что наглядно показала практика Великой Французской революции, в начальный период которой власть безраздельно принадлежала именно интелям, в лице Робеспьера сотоварищи.
Однако худшим врагом для любого интеля является вовсе не «необразованная чернь». Опаснейший враг каждого интеля — другой интель, придерживающийся иной точки зрения. А самый страшный кошмар, который великолепно изобразили в своих антиутопиях писатели XX века, полностью совпадает с миром интельской мечты. Но только управляется этот мир не единомышленниками, а напротив, идейными противниками, которые всеми способами жестоко подавляют оппонентов, запрещая даже думать «неправильным» способом. Причём каждый интель заведомо убеждён, что уж его-то точка зрения в таком идейном принуждении не нуждается, потому что она априори очевидна для всякого умного человека.