Эх, братцы, а ведь август сорок третьего самым жарким был. И дело тут, конечно, не в погоде. Сколько народу тогда в землю полегло, насквозь её кровью горячей пропитало.
Но больше всех мне одна могила запомнилась, а ведь даже не военного. Потому как человек тот только август и пожил.
Вышел он к одной из рот прямиком из болот. Ту местность бывалые разведчики стороной обходили, потому как брод отыскать так и не смогли. А тут, глядят солдаты, что привалом неподалёку встали, идёт к ним парень как ни в чём не бывало. До линии фронта рукой подать, а этот идёт, улыбается, каждый кустик рассматривает.
Ну, его, конечно, остановили, отвели куда следует. Может, шпион вражий. Замполит у них искусный был: в душу как червь в яблоко вгрызался. А тут — толку ноль: ни кто, ни откуда, ни где и когда родился. Памяти в голове — с понюшку табаку.
Остался паренёк в роте. А что было делать? До ближайшего жилья дойдёт, сотрёт не только подошвы, но и сам сотрётся по макушку. Назвали Иваном Непомнящим. Шефство над ним взял старик-лейтенант, дядь Миша.
Удивлял Иван по десятку раз на день. Увидит стрекозу, глаза выпучит — «это кто?!». Сорвёт ягоду и не налюбуется, осмотрит со всех сторон, обнюхает, лизнёт, только потом на вкус пробует.
Однажды огорошил дядь Мишу так, что тот чуть цигарку не проглотил.
— А что, — говорит, — и другие месяцы есть кроме августа? А какие они, расскажи, дядю.
К тому же заговорённый был. Его хоть и берегли, но шальная пуля или осколок паспорта не спрашивают. А Ивану хоть бы хны, ни царапины. Комроты шутил: «Так он же нерождённый. Вот и умереть не может».
И сам воякой не был. Хотели Ивана научить стрелять из винтовки. Чтобы защититься мог в случае чего. Он поначалу протянул руку, но едва коснулся, одёрнул.
— Нет, — говорит, — дядя Миша, прости. Она холодная. Она сама души не имеет и мою высосет по капельке…
И ушёл он почти так, как и пришёл. Август вышел, и Ивана не стало.
В тот день рота должна была взять сильное укрепление фрицев, что закрывало выход из ущельица. Бой ожидался опасный, кровавый.
Накануне вечером Иван долго смотрел на дядю Мишу. А потом говорит:
— Не надо тебе завтра идти. Я видел тебя вон там, на холме. — И показывает на склон. — Лежишь и смотришь в небо. Только уже не видишь его.
Дядь Миша только посмеялся в седые усы.
А Иван ночью пропал. Как смог караулы обойти, никто так и не понял.
Утром сделали вылазку к вражеским блиндажам, а там тишь как на кладбище. Даже соловьи поют.
Внутри ни одного фрица не нашли. Словно испарились. Только оружие с амуницией от них и остались.
А позже на склоне обнаружили тело Ивана. На том самом месте, которое он дядь Мише показывал.
На теле ни одной раны. Только подушечки пальцев обожжены. Лежал, раскинув руки, и смотрел в небо, которое уже не видел.
Дядя Миша после войны туда вернулся и поселился бобылём недалеко от могилы Ивановой. Тянуло его туда что-то.
Вот такая вот история, братцы, о человеке, который только август один и пожил.
Автор: tminin
Источник: https://litbes.com/nerozhdyonnyj/
Больше хороших рассказов здесь: https://litbes.com/
Ставьте лайки, делитесь ссылкой, подписывайтесь на наш канал. Ждем авторов и читателей в нашей Беседке.
#проза #рассказ #литературная беседка @litbes