В первые два месяца 1988 года в провинции Гильменд Афганистана проводилась операция советских войск по ликвидации банды муллы Насима. По данным агентов в ней было почти 10 тысяч человек.
Разведгруппа под командованием старшего лейтенанта Ильдара Ахметшина действовала в районе населённых пунктов Джузгорай, Урмуз и Шабан. 6 февраля командир получил задание сместить проведение поисково-засадных действий северо-западнее этих мест. В группу Ахметшина дополнительно включили офицера из штаба бригады ст. лейтенанта Польских, переводчика мл. лейтенанта Колпащикова и капитана Гнида, ответственного также за расчёт гаубицы Д-30, состоящего из сержанта и рядового.
Группа в общем составе 27 человек выдвинулась на трёх БТРах, рассчитывая к вечеру быть в назначенном месте. Маршрут движения по плану должен был проходить на 2 км западнее от кишлака Шабан. Командир принял личное решение вести бойцов рядом с поселением.
У кладбища группа попала в засаду. Когда из гранатомёта подбили первый БТР, все успели спрыгнуть. Десанту второго повезло меньше. В сапёра Лебедева попал фосфорный снаряд, ещё двое остались навсегда в горевшей боевой машине.
Радист вышел на связь с командным пунктом и стал докладывать обстановку. Заместитель командира отряда пытался понять, как разведгруппа специального назначения (РГСпН) очутилась в Шабане? Он тут же выслал на помощь бронегруппу. Через несколько минут её командир капитан Федин сообщил, что ведёт бой вместе с группой Ахметшина на окраине Шабана. На БТРе на командный пункт были эвакуированы раненые, включая Ахметшина, и отправлены в госпиталь.
По согласованию с комбригом зам. командира отряда сам выдвинулся с бойцами на двух БТРах и одной ЗСУ-23-4 «Шилка» в сторону ведущих бой групп спецназа. В это же время к ним прибыли танк и БМП от разведчиков 5-й мотострелковой дивизии. Примерно в полутора километрах от основного района боестолкновения работал расчёт гаубицы.
Со стороны кишлака по нашим долбили из миномётов и ДШК. Совсем рядом с позициями группы расположились до сотни душманов, которые палили в наших как сумасшедшие. Судя по их поведению, противник явно был под «спецсредствами».
Вторая прибывшая группа ударила по кишлаку из пулемётов и «Шилки». Через несколько минут окраину поселения разнесли «в пыль». Невзирая на шквал огня с нашей стороны, противник и не думал отступать. К окраине поселения подходили всё новые группы «духов».
Боезапас «Шилки» заканчивался, из ЗСУ до ДШК и миномётов врага в укрытиях дальности не хватало. По отношению к нашим 30 бойцам со стороны противника было не меньше сотни душманов. Комбриг приказал забрать раненых и погибших и отходить на базу.
С трудом вытащили тела из ещё горевших БТРов, завернули в плащ-палатку и погрузили в одну из боевых машин. Подавить позиции врага в кишлаке не удалось даже с помощью вызванных вертолётов. У «духов» оказалась хорошая система ПВО. После эвакуации погибших оставшиеся бойцы под прикрытием «брони» стали отходить сначала в сторону позиции гаубицы, затем в район сосредоточения. К своим добрались, когда начинало темнеть.
После осмотра врачом раненых их погрузили в вертолёт, чтобы отправить в пункт постоянной дислокации отряда. Сюда же положили погибших. Когда комбриг, замкомотряда и начальник политотдела вышли с доклада руководителю армейской операцией, Ми-8 как раз начал подниматься вверх.
Неожиданно всех ударила по ушам полная тишина. Оказалось, что перегруженный вертолёт вынужден был разгоняться, как самолёт. Колесо попало в яму, Ми-8 ушёл в крен, винтом задел бархан и рухнул в низину.
Помятый фюзеляж ещё дымился, но подъехавшие техники сумели его разрезать и начали вытаскивать тех, кто ещё подавал признаки жизни. Их срочно отправили в госпиталь Кандагара другим бортом. Из всех дотянул до квалифицированной медицинской помощи только один боец, но он получил сильнейшее психическое расстройство. Остальным судьба шанса на жизнь не дала.
Позднее делались разные предположения по поводу того, почему Ахметшин повёл группу рядом с кишлаком, нарушив приказ. Говорили, что здесь ранее была обстреляна наша облётная группа. Другие считали, что на первом этапе операции обстреляли саму группу разведчиков. Возможно, командир решил вернуться, чтобы соответствующе ответить.
Хороший друг и достойный командир Ильдар Агзамович Ахметшин уцелел в этой операции, ещё раз побывал в Афганистане, затем в Таджикистане и Чечне. Трагически погиб в мирное время.
Но за его ошибку или кураж у кишлака Шабан солдатам и офицерам пришлось заплатить своими жизнями.
Дорогие друзья, спасибо за ваши лайки и комментарии, они очень важны! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.