Невозможно было сказать, насколько помогали многочисленные манипуляторы, облепившие тело Женьки. Грудная клетка вздымалась и опускалась под действием помпы, но лицо оставалось безжизненным и равнодушным. Нехорошо равнодушным. Джек покосился на показания приборов и нахмурился. Стрелки прыгали про графикам, но однозначный вывод нельзя было сделать — спасли они её или нет. Сухарь нагло торчал над коконом и таращился на Женьку, так что Джек аккуратно отступил назад, не опуская оружие, и одним глазком посмотрел на вторую занятую систему. Там и правда лежала женщина: не молодая, но и не старая, с седыми до прозрачности волосами. Она вроде бы спала, но лицо её никак нельзя было назвать умиротворённым — женщина напоминала человека, застывшего в самой жуткой точке ночного кошмара, когда невозможно сделать ни единого движения, чтобы попробовать спастись. Несмотря на это, женщина показалась Джеку смутно знакомой, и он всё всматривался и всматривался в страдальческие черты, пытаясь уловить сходств