Это случилось в марте-апреле 1943 года. Связист, лейтенант Леонид Рабичев получил приказание передислоцировать свой взвод на 12 километров. Взвод скатали на катушки провода и вышел на Минское шоссе.
Восемь бомбардировщиков
Находясь неподалеку от деревни Бодуны, лейтенант увидел высоко в воздухе восемь немецких бомбардировщиков "Хейнкель-111". Началась бомбардировка.
"Ложись!" - скомандовал комвзвода Рабичев.
Связисты мгновенно распластались на земле. Почти все бомбы упали на окраину деревни. Самолеты развернулись и исчезли за горизонтом. Опасность миновала. Но, нет, в воздухе где-то очень высоко "появился жутко маневренный немецкий самолет "Фокке-Вульф" – разведчик и корректировщик огня". Это означало, что бомбардировка продолжится.
Приятная встреча
Надо было немедленно уходить, и связисты помчались на своих телегах по шоссе. Но, не проехав и несколько сотен метров, Рабичев увидел стоящим на обочине своего друга лейтенанта Олега Корнева. Стоя на пригорке, он из-под руки смотрел на горизонт, где снова появились немецкие бомбардировщики.
Олег объяснил другу, что его взводу приказано связать штаб дивизии, расположенный в деревне Бодуны с зенитной бригадой. Связисты Олега уже установили у комдива телефонные аппараты и вот-вот должны были вывести линию связи на шоссе.
"Мне повезло..."
Все это время "Фокке-Вульф" продолжал крутиться над местностью, а восемь новых немецких "Хейнкелей" стремительно приближались к шоссе. Олег указал другу на пехотную ячейку рядом с собой и засмеялся.
"Мне повезло, – сказал он, – я с ординарцем лягу в ячейку, а ты ложись рядом, нам обязательно надо договориться о дальнейших действиях".
"Я не могу задерживаться, Олег, мне надо через час разворачивать посты вокруг переправы. Кончится бомбежка, и мы поедем дальше".
Дым и ровное поле
Вражеские самолеты приблизились молниеносно. Рабичев и все его бойцы рухнули на траву там, где стояли. Лежа, Рабичев видел, как три бомбы отделились от общей массы и летели прямо на него. Сердце молодого лейтенанта вырывалось из груди. Это конец, подумал он, и так некстати… Но бомбы упали рядом и Рабичев услышал лишь грохот взрывов и свист пролетающих над ним осколков.
"Слава богу, мимо пронеслись! – закричал он Олегу, посмотрел в его сторону, но ничего не увидел – ровное поле, дым".
Куда он делся?
Солдаты поднялись на ноги, все целы и невредимы, и тут до Рабичева дошло, что бомба, летевшая на него, попала в пехотную ячейку, где прятался Олег., и что теперь от него, и от его ординарца ничего не осталось.
"Кто-то из моих бойцов заметил, что на дереве метрах в десяти от нас на одной из веток висит разорванная гимнастерка, а из рукава ее торчит рука. Ефрейтор Кузьмин залез на дерево и сбросил гимнастерку. В кармане ее лежали документы Олега. Рука, полгимнастерки, военный билет. Больше ничего от него не осталось. Полуобезумевший, подбежал ко мне сержант взвода Олега".
P.S.
Вся сила бомбового удара пришлась по Бодунам, заполненным до отказа нашей техникой, и штабу дивизии. Аппараты сгорели вместе с избами, кабельные катушки разорваны на части, линия перебита. Все это Рабичев видел, пробираясь к командиру дивизии. Генерал не потерял самообладания и потребовал немедленно соединили его со штабом корпуса и армии:
"Помогите, лейтенант!"
И лейтенант сделал все, что от него зависело, чтобы выполнить задание, которое уже не мог исполнить его погибший друг Олег Корнев.
Источник: Рабичев Л. Война все спишет.
На этом всё. Пока. Встретимся в другой раз
О неточностях и опечатках сообщайте автору