Обложку журнала «За рулем» тридцатилетней давности украшало изображение экспериментальной микролитражки Гном, разработанной на Волжском автозаводе. На тот момент концепт уже не был новинкой первой свежести, поскольку он дебютировал еще в 1990 году, журналисты лишь оценивали его перспективы в плане серийного выпуска и положение нашего ведущего автогиганта в целом. Оно до боли напоминало нынешнюю ситуацию: дефицит комплектующих, срыв производственных планов, сборка некомплектных автомобилей, задержки подготовки производства новых моделей, невиданный прежде рост цен. Только тогда все это происходило на фоне перехода к свободному рынку, галопирующей инфляции и открытых границ, а сегодня — при железном занавесе и как никогда стабильном рубле. Забавно — условия разные, а результат почему-то всегда один, равно как и виновник, пресловутый Запад…
Что же касается Гнома, уже тогда было понятно, что у него фактически нет шансов добраться до конвейера. Машинка длиной всего 2,55 метра, построенная на укороченном шасси Оки, имела посадочную формулу «2+2» и каркасно-панельный кузов, дизайн которого разработал Евгений Лобанов. На тот момент он смотрелся свежо, но явно не имел большого запаса прочности по времени, а в производстве такая машина оказалась бы дороже более крупной Оки. Тем не менее, работа над данным проектом продолжалась еще несколько лет, на базе Гнома построили кросс-версию с открытым кузовом по имени Эльф, а затем оба варианта снабдили электромоторами вместо двухцилиндровых бензиновых двигателей. Таким образом, вазовцы в какой-то степени даже предвосхитили современную тенденцию к электрификации, вызывающую, впрочем, и сегодня много неудобных для Минпромторга вопросов.
Прочим вазовским проектам, перечисленным в той статье, повезло больше. Главным из них, несомненно, была модель 2110, серийный выпуск которой планировалось начать в 1992 году, но этого по известным причинам не произошло ни в 1993-м, ни в 1994-м. Зарулевцы назвали реалистичный срок — 1995 год, и оказались правы: дебют состоялся-таки через пару лет после публикации. Еще через два года на Московском автосалоне был представлен полноприводный минивэн ВАЗ-2120 Надежда, созданный на шасси длиннобазной Нивы, а сам популярный внедорожник, как и обещали, к концу 1993-го получил более мощный двигатель и новую заднюю часть с пятой дверью до бампера и вертикальными фонарями (ВАЗ-21213). Эпопея с этими фонарями продолжалась несколько лет, сетовал автор статьи, иначе модернизация могла быть проведена гораздо раньше.
А вот от упомянутой Оки в Тольятти к тому времени решили отказаться, полностью передав ее производство на новый завод в Елабуге, почти равный по масштабам самому ВАЗу. Изначально он строился как тракторный, причем с возможностью выпуска танков, но перестройка спутала все карты, и предприятие спешно перепрофилировали, а потом и вовсе чуть было не закрыли. Там собирались выпускать модернизированный вариант Оки с индексом 1121 и трехцилиндровым двигателем увеличенной мощности, а в перспективе компанию этому автомобилю должен был составить ЕлАЗ-1125, более крупный, с пятидверным кузовом и «четверкой» под капотом. Рассматривался также вариант сборки итальянского Fiat Panda, но что-то, как обычно, пошло не так, и вместо народных малолитражек в 1997 году в Елабуге освоили отверточную сборку Chevrolet Blazer. Об этом, само собой, в 1993-м знать еще не могли, но скепсис присутствовал уже тогда.
Еще один несбывшийся проект, о котором тридцать лет назад рассказали зарулевцы, — мультикар Кузя. Его в конце 80-х годов начали разрабатывать на Кутаисском автозаводе совместно с московским институтом НАМИ как советский аналог немецкого Мультикара, одно время активно закупавшегося для коммунальных служб. Грузовичок, имевший в длину менее 3,7 метра, получил самосвальный кузов и полноприводную трансмиссию с подключающимся задним мостом, раздаточная коробка позволяла устанавливать различное дополнительное оборудование. Опытные образцы были оснащены итальянским дизелем воздушного охлаждения, очень компактным и достаточно мощным, но он был чересчур дорог для серийного производства. После того, как КАЗ, что называется, соскочил с темы, в НАМИ доработали конструкцию, адаптировав ее под более громоздкий отечественный агрегат, но дальше экспериментальных образцов дело не пошло. Ведь на дворе были лихие 90-е...