В то время пассажиров вообще не обыскивали, поэтому на борт можно было пронести примерно все, кроме предметов размером больше человека. В 1970 году два литовца, отец и сын Пранас и Альгирдас Бразинскасы, пользуясь этим, протащили на борт под плащами пистолет, обрез ружья и ручные гранаты.
У старшего Бразинскаса репутация была подмочена еще в 1944 году, когда он добровольно пошел на службу к фашистам в формирование «хильфсвиллиген», помогая наводить понтонные мосты. Позже Пранас снабжал «лесных братьев» оружием. В общем, ненавидел Россию всем сердцем и всячески старался ей навредить.
Умудрившись избежать наказания после Победы, в 1955 году он получил год за «злоупотребление служебным положением», а в 1965 году попался снова, но уже на воровстве. Как заведующий магазином, Пранас Бразинскас получил 5 лет за «расхищение имущества», но и тут ему повезло — очень скоро вор вышел из тюрьмы по амнистии и поселился в Коканде, сменив фамилию и занимаясь спекуляциями. Возил в Литву дефицитные ковры, а обратно таскал запчасти для автомобилей и все, что можно было выгодно продать в Узбекистане. В 1970 году его деятельность привлекла внимание компетентных органов, тогда он и решил, что «пора валить».
В самолете отец с несовершеннолетним сыном подозвали стюардессу (Надежду Курченко) и от имени какого-то «генерала Крылова» передали записку с требованием лететь в Турцию. Надежда побежала в кабину пилотов, крикнув «Ребята, у них оружие!», а Бразинскас помчался за ней и на пороге кабины дважды выстрелил в сердце пытавшейся закрыть собой вход девушке. После этого подонок выстрелил в командира корабля и штурмана, сделав их инвалидами на всю жизнь.
Второй пилот вынужден был выполнить требования убийц, стоявшим с гранатой у него за спиной, и посадил самолет в Трабзоне (Турция), успев нажать кнопку тревоги. Турки выдавать угонщиков отказались, но вынуждены были изобразить видимость правосудия, осудив отца на 8 лет, а сына на 2 года. На суде Бразинскасы выдумали агентов КГБ, которые якобы убили стюардессу и ранили пилотов, хотя впоследствии сам папаша в интервью американским СМИ хвастался: «С*ка встала у меня на пути, пришлось её застрелить». Кстати, идею он подал здравую, с тех пор в самолетах летают одетые в штатское полицейские.
Младший Бразинскас отсидел 2 года, а уже через 4 года старший вышел из тюрьмы по амнистии, и оба сразу побежали в американское посольство просить убежища. Американцы отказали, тогда бандиты купили билеты якобы в Южную Америку с пересадкой в Нью-Йорке, а там сбежали из аэропорта, оставшись в США нелегально.
Литовская община сделала все, чтобы прикрыть негодяев, оправдывая их действия регулярным тюремным преследованием в СССР, причем воровство и аферизм были технично заменены на борьбу за свободу Литвы. Правда, каким образом многолетнюю противоправную деятельность папаши можно было привязать к священной борьбе за идеалы демократии, не совсем понятно, но кому интересны подробности, если используются грамотные и безотказные антисоветские формулировки?
Влиться в светлую американскую мечту у Бразинскасов так и не получилось. Жили они в Санта-Монике, где была крупнейшая в США литовская община. Младшего отовсюду увольняли, денег у него хронически не было, а старший работать вообще не собирался. Пранас так и не выучил ни одного английского слова, общался только на литовском и русском. Все его изрядно побаивались и даже писали заявления в полицию, т.к. сумасшедший старик часто бросался на людей, в каждом прохожем подозревая агентов КГБ, приехавших его убить. Жил он, нелегально приторговывая оружием, что почему-то не особо заботило американские власти.
Кончилось все очень печально, ведь карма — штука подлая и изобретательная. Злобный старик так достал всех вокруг, включая собственного сына, что в 2002 году после очередной ссоры получил от собственного дитяти восемь ударов по голове «твердым тупым предметом», бесславно закончив свою мерзкую жизнь.
Сына в очередной раз защищал опытный адвокат, пытаясь представить подзащитного жертвой автократичного папаши, действовавшего исключительно в рамках самообороны. Но все, чего он добился — переквалификации убийства с первой степени на вторую. Отцеубийца был осужден не на смертную казнь или пожизненное, а «всего» на 16 лет, и с тех пор его местонахождение неизвестно.
Собаке — собачья смерть, как говорится!