«Я столько лет шла к своей мечте — давно хотела открыть свой бизнес. Но всё-время, как не складывалось. После Ваших сеансов регрессии у меня вокруг стали складываться ситуации так, что моя мечта несётся ко мне на всех порах.. Я уже почти одной ногой в своей мечте.. И вот тут у меня начался какой-то страх. Не могу сделать последний шаг. И открыть дверь, за которой моя новая жизнь», — Настя сильно волновалась на сессии.
«Знаете, у меня такое ощущение, если я дотронусь рукой до своей мечты, она меня обожжёт! Больно! Сильно! И эти ощущения я никак не могу контролировать. Постоянно глаза на мокром месте..»
Анастасия, не смотря, на такое нежное и, даже, ранимое имя, была очень сильной, харизматичной и пробивной личностью. Она шла по своей жизни, снося двери с петель. Разбивая головой стены, если они вставали на её пути. Вся её жизнь была посвящена доказательству и одобрению. Её папы.
«Папа, скажи, ведь я хорошая дочь?»
«Папа, посмотри, каких высот я достигла! Сейчас ты мною гордишься?»
«Папа, скажи, я молодец? Ты меня одобряешь? Ты меня любишь?»
Каждое своё действие. Каждое своё достижение. Она воспринимала через призму папиного одобрения, которое к 35 годам так и не смогла получить. Папы уже нет рядом. И его не будет рядом. Никогда. Не будет звучать его голос. Не будет витать его аромат. И не будет того одобрения, которое у мёртвого выбивала Настя..
Вся её жизнь пошла по пути служения мёртвому человеку. Ради его признания. Но только, чтобы она не делала, она не дотягивала до планки. Планки истинной папиной любви. Которую сама же и выставила. В своём детстве. Когда её постоянно папа ставил в пример её старшего брата. Он всегда был лучшим для папы. Безошибочным. Безукоризненным.
И тогда Настя решила, что тоже будет, как брат — сильной, с мужским характером, пробивной. Папа, по её мнению, никогда не примет достижения дочери — успешный брак, любящий муж, отличные дети. Только мужские успехи для отца значимы. И девушка решила пойти по этому пути. По пути, против своей сути. Своей личности. Против себя. Каких бы высот она не достигала, впереди маячила фигура более успешного брата.
И тот последний шаг до её мечты она не делала осознанно. Это её мечта. Не папы. Она боялась своими соревнованиями с братом разрушить то, чего так долго ждала. Поэтому и замерла на последнем шаге.
На протяжении нескольких сессий. Мы прорабатывали с Анастасией её историю. Её дух соревнования. Её требования от умершего отказ — признать, полюбить и одобрить. Спустя несколько недель, она, впервые, перестала плакать в разговорах про папу. Она может с радостью и удовольствием общаться с братом. Она сделала свой шаг к своей мечте. И сейчас набирает клиентскую базу.