Прочел тут у одного из лучших российских востоковедов, чье научное наследие и по сей день остается актуальным, Василия Владимировича Бартольда: «Для более культурных слоев предназначались доводы, заимствованные у греческих философов; тот же Газали, боровшийся с философами (одно из его противофилософских сочинений было единственным памятником арабской литературы, переведенным еще в средние века на русский язык, хотя и не прямо с арабского), ввел в догматическую систему ислама почти всю греческую философию, т. е. хотя без прямых ссылок на Аристотеля, сделал для ислама то же самое, что сделал в XIII в. Фома Аквинский для католичества».
Контекст цитаты: богословские споры в исламе на закате эпохи раннего Средневековья, если не сказать, с рядом оговорок – поздней античности, которой халифат по многим аспектам своего бытия вполне соответствовал.
К чему это я все? Абу Хамид аль Газали – выдающийся суннитский богослов и мистик, стоявший у истоков суфизма, жил на рубеже XI – XII веков. Упомянутый Фома Аквинский проходил свой путь столетием позже. Оба они столпы и философской и богословской мысли в рамках своих конфессий.
Увы, у нас подобного уровня мыслителей не было до XIX века. Я не даю этому оценку, хотя может быть ущемляю чьи-то патриотические чувства. Первым подлинным российским философом можно назвать Владимира Соловьева, пытавшегося, хотя и не слишком удачно, совмещать свою деятельность в том числе и с богословием, и даже желавшим, согласно дневникам – записи соответственно от 2 и 3 апреля 1880 годов – выдающегося русского церковного иерарха Николая Японского, принять монашество и отправиться с ним в империю Восходящего солнца. Святитель отговорил от подобного шага Владимира Сергеевича, и без того обладавшего слабым здоровьем.
Сама цитата зацепила меня вот почему: я порою сталкиваюсь с пренебрежительными высказываниями в адрес мусульман и европейцев – подлинная культура и философия последних стоит на плечах томизма. Что касается мусульман, то еще до аль-Газали интеллектуальный мир халифата сотрясали споры мутазилитов о свободе воли и предопределении.
На Руси тогда только-только формировалась государственность. Вообще Россия в каком-то смысле оказалась на стыке культур: собственно европейской, имеющей в своей основе томизм, и мусульманской. Так что упомянутые мыслители – и наше наследие, изучением которого не стоит пренебрегать, на мой взгляд.
Преувеличиваю? Если считаете, что – да, тогда ответьте: мог ли состояться Гегель как философ без интеллектуального наследия Фомы Аквинского? О влиянии самого Гегеля на русскую философскую и отчасти богословскую мысль говорить, полагаю, не надо. Наконец, марксизм, безотносительно моего к нему отношения, сыгравший громадную роль в судьбах России, также вышел из, образно выражаясь, гегелевской шинели.
«А причем тут аль-Газали? – спросите. Он-то какое имеет к нам отношение?» Имеет. Ибо его сочинения высоко ценил Фома Аквинский. Вот вам и мостик: аль-Газади, Фома Аквинский, Гегель, Владимир Соловьев, Алексей Лосев, Михаил Лившиц, Мераб Мамардашвили, из совсем современных мыслителей – Рустем Вахитов и, с известной долей оговорок, Никита Сюндюков.
Если Вам понравилась статья — подписывайтесь на мой канал .
Игорь Ходаков