2020 год показал истинную цену предсказаниям многих и многих экспертов. Если к конфликтам всегда готовятся заранее, зная будущего противника, то к пандемии оказались неготовыми ни бедные, ни богатые страны. Ни один из экспертов ВОЗ не указывал на критичную зависимость системы здравоохранения после пересмотра национальных концепций профилактики инфекций с ориентацией на рентабельность. Ни итальянская, ни американская системы не смогли справиться с пандемией, обладая мощными инструментами научной медицины. Важными для купирования пандемии оказались не уникальные достижения генной инженерии, больше востребованы были резервы для массовой госпитализации, давно «оптимизированные» как убыточные.
Более того, само понятие "пандемии" стало размытым после вспышки «свиного гриппа» в 2009 году. Тогда мировое сообщество упрекнуло чиновников ВОЗ в неприкрытом содействии Биг Фарме. В 2020 году старые определения пандемии были пересмотрены в сторону еще большей неопределенности, потеряв привязку к конкретным эпидемическим параметрам «летальности» и «смертности».
Коллапс системы здравоохранения, с локдаунами, и вводом ограничений гражданских прав и свобод — выставило исследовательское аналитическое сообщество в крайне непрофессиональном виде. Сомнению подверглись все основные догмы либеральной глобализации: рассредоточение производства, свободное трансграничное перемещение людей и товаров, приоритет «глобального» перед «национальным». Аналитики, преподносившие достижения глобализма в качестве прогрессивных, получили от общества «черную метку» ангажированности финансовыми кругами, которым глобализм необходим для выживания в их сегодняшнем виде и размере.
Человечество, уязвимое для пандемий, требует пересмотра сценариев своего будущего. Перемены 2020 года доказали — уже ближайшее будущее будет иметь не тот вид, на который было ориентировано общество самых разных стран, будь то страны Европы, Южной Америки или Центральной Африки.
Главное в новых прогнозах — мир «разлагается» на три самодостаточных региона, со своими центрами силы. Многополярность — ближайшая перспектива. И пандемия стала не единственной причиной отказа от прежней идеи сохранения глобализма с единым гегемоном. Политические и экономические процессы меняют направления своего развития — теперь это центробежные силы.
Информационно аналитический центр «Gavekal Research» в Гонконге, главной задачей которого является независимая экспертиза глобальных инвестиционных процессов, обратился к теме будущего мироустройства. Прогнозы «Gavekal» интересны отсутствием либеральных догм, так или иначе присутствующих в подобных исследованиях европейских и американских институтов. Большинство исследований группы не содержит пропагандистских пассажей политического курса той или иной глобальной силы. Задача группы исследователей «Gavekal» — формировать для инвесторов приближенное к реальности изображение действительных экономических процессов. Китайская картина ближайшего будущего, пусть даже от «гонконгских» мастеров, отличается большей трезвостью взглядов на происходящее вокруг в 2020 году.
Опорный тезис прогнозов «Gavekal Research» — процессы глобализма завершены. 2020 год дал старт процессам деглобализации. Гонконгские исследователи говорят о разделении мира на три кластера. Кластер американский включает в себя англосаксонский мир и подконтрольные ему зоны: североамериканские и южноамериканские государства, Великобританию и страны «Содружества наций» (бывшие британские колонии и доминионы). В европейский кластер войдут страны Западной Европы, возможно, весь Европейский Союз. И еще один мировой кластер — китайский.
Каждый кластер для удержания независимого и самодостаточного положения в новом мире должен обладать явно выраженным финансово-экономическим центром, ресурсами для экономического роста и соответствующей военно-политической мощью для удержания независимого положения. Экономическое развитие каждого кластера должно обеспечить функционирование собственной цепочки ценностей (value chain), сделать каждое звено этой цепочки конкурентным. Потенциал стоимостной цепочки внутри кластера должен быть обеспечен главными элементами рыночного регулирования. В каждом кластере должны находиться ресурсы трудовые, минеральные, энергетические в необходимом объеме.
Не все кластеры, по мнению «Gavekal Research», обладают равными возможностями для независимого существования вне глобального мира. Так, Китай и США имеют ярко выраженное центральное положение внутри своих кластеров. В Китае сильный финансовый центр Гонконг, в США — Нью-Йорк. Эти центры являются эмитентами мировых резервных валют, государственных облигаций. А вот ЕС, в нынешнем виде, после brexit, «оставил» свой финансовый центр вне границ возможного будущего кластера — в Лондоне. Такое офшорное положение финансовых институтов, влияющих на всю экономику Европы, в скором времени должно быть преодолено. Иначе в ЕС, как едином государственном образовании, начнутся деструктивные центробежные процессы.
В новом «кластерном мире» сместятся многие присущие глобализму приоритеты. Прежние рыночные устремления были ориентированы на дешевый товар. Для организации производства выбирались регионы с дешевой рабочей силой. Теперь приоритет прибыльности, т.е. дешевизны, уступит место гарантированному соответствию независимости собственного кластера. Товар не будет производиться, если он не ориентирован на поддержание внутрикластерной независимости. Целью любого производства теперь будет соответствие независимости макрорегиона с попутным извлечением прибыли.
К 2020 году экономика и политика в мире претерпели деструктивное влияние от навязывания правил игры единственным государством-гегемоном — США. Санкциями и торговыми войнами были подорваны главные идеалы рыночной экономики, касающиеся конкурентной борьбы. Пандемия усугубила отрицательное действие нерегулярных поставок, старт которым был дан торговой войной США и КНР. И если пандемия рано или поздно ослабит свое влияние на рыночную стабильность, то аппетиты финансово-экономических кругов США «войну» продолжат. Опасение дальнейшей дестабилизации рынков после пандемии подталкивает новые центры к обособлению.
Кластерная автаркия, по мнению экспертов, может способствовать стабилизации не только экономической, но и политической. Причем центры кластеров будут стремиться минимизировать зависимость от ресурсов иного кластера.
Большинство параметров, присущих кластерам нового миропорядка, не применимо к современной России. Сегодня доля РФ в мировом ВВП, по разным оценкам, составляет от 2% до 5%. Трудовые ресурсы страны уменьшаются с каждым годом. Производственный экономический потенциал лишен независимого выхода на мировые рынки. Специалисты того же «Gavekal Research» относят Россию к «кластерной проблеме стран Восточной Европы». Одна из главных причин «неопределенности» положения данного региона — равная зависимость от морских и сухопутных логистических путей.
Китайский макрорегион и Россия
Китайский кластер мировые связи будет налаживать по сухопутным магистралям. Изначально ориентированный на континентальное доминирование Китай прикладывает максимум усилий с 2008 года для устроения трасс высокой пропускной способности в рамках проекта «Новый шелковый путь». Часть «пути» пролегает через территорию России, но Китай активно вкладывается и в альтернативный «транскаспийский» вариант торговой инфраструктуры. Цель развития новой транспортной межгосударственной инфраструктуры — снижение зависимости от морских магистралей. Очевидным минусом любого сухопутного транспортного плеча является меньшая грузоподъемность подвижного состава: контейнеровоз океанского класса вмещает около десятка железнодорожных товарных составов. Но из плюсов, помимо независимости от морского доминирования США, важным является скорость доставки из Китая в Европу: две недели против традиционных двух месяцев через Суэцкий канал.
Любое доминирование китайского кластера, по прогнозам аналитиков «Gavekal Research», будет строиться внутри Евразийского континента. Усиление влияния Китая на евразийском пространстве невозможно без участия России. Сегодня мировой престиж России основан, по большей части, на военной силе. В экономических прогнозах мирового развития большинства экспертов Россия предстает страной с богатой ресурсной базой и военной мощью, способной защитить эти ресурсы. При этом экономическое доминирование России не рассматривается. Усиление китайского кластера в будущем мироустройстве невозможно без включения России в орбиту политических и экономических интересов. Между тем, ближайшие европейские соседи последние годы всячески обрывали экономические связи и прерывали политический диалог с Россией. Так Россия в новой геополитической реальности вынуждена переналаживать связи с Запада на Восток, выстраивая взаимодействие через Китай со всем азиатским регионом.
Россия и Китай могут в достаточной мере развивать свое влияние только в условиях созданной объединяющей континентальной инфраструктуры. В этом интересы двух стран совпадают. Синергия сотрудничества двух стран основана на технологическом потенциале Китая, помноженном на ресурсную базу РФ. Такая схема сотрудничества придаст взаимодействию двух континентальных держав ни с чем не сравнимый эффект в будущем. Важной стороной для упрочения связей России и Китая является гарантированная защита российскими вооруженными силами своей ресурсной базы. Военно-технологические возможности России за последние два года окончательно утвердились на мировой арене. Китай, как центр кластера, может строить планы на десятилетия вперед без опаски лишиться ресурсного потенциала России. Россия не допустит военного вмешательства в зону своего влияния.
Перечисленные общие интересы России и Китая дают повод экспертам «занести» эти страны в один макрорегион.
Не без слабостей
«Кластерная» картина будущего мира учитывает и слабости каждого макрорегиона. Если США теряют роль мирового гегемона, то влияние доллара ослабеет, статус главной резервной валюты будет потерян. Финансовые и экономические аналитики без преувеличения связывают положение США на мировой арене со значимостью доллара. Благодаря валютной доминанте Америка «заимствовала» у каждого государства ресурсы и средства на протяжении последних 70-ти лет, вкладывая в поддержание своего экономического процветания. Главным валютным «обеспечением» был американский авианосный флот. Длительный, сдерживаемый всеми доступными средствами, мировой экономический кризис не оставляет доллару шанс на сохранение статуса мирового доминирования в ближайшее пятилетие. Без такого инструмента влияния США столкнутся с необходимостью возвращать миру долги. Самым эффективным средством снижения долговой нагрузки для США остается девальвация доллара и запуск инфляционных процессов в мировом масштабе.
Угроза неизбежной инфляции усилит тенденции к укреплению независимых валют будущих макрорегионов. Однако в США существует сильный федеральный центр, в том числе ответственный за эмиссию. В Китае курс юаня жестко зависит от целей и планов правительства. А вот вероятный европейский кластер сегодня представляет достаточно аморфное образование, без ярко выраженного лидера.
ЕС, будучи структурой, созданной в пику организации СЭВ, после краха СССР уже не обладает идеологической «антикоммунистической» основой для объединения стран членов ЕС. Массовое вхождение стран Восточной Европы в состав ЕС еще больше «разбавило» интересы ЕС как системы объединенных государств. Германия и Франция, являясь основными донорами для бывших соцстран в ЕС, к 2020 году оказались экономически не готовы удержать лидерские позиции. Номинальный военный потенциал, нарастающие демографические проблемы не оставляют надежд на скорое получение независимости «атлантического соседа» — США.
Призывы некоторых европейских лидеров к усилению интеграции в ЕС, с созданием независимых от НАТО вооруженных сил, были с опаской восприняты Великобританией, которая решила покинуть Евросоюз. Пандемия 2020 года показала наличие собственных интересов у каждой европейской страны, жертвовать которыми они ради «общего блага ЕС» оказались не готовы. Миграционные потоки в Европу, изначально ориентированные на «тучные времена», в период кризиса оказались дополнительным балластом для экономики и общественной стабильности. Рост ультраправых настроений с одной стороны и усиление радикализма в общинах мигрантов с другой служит источником обострения гражданских конфликтов внутри стран ЕС. Неумелая политика «умиротворения» национальных противоречий внутри Евросоюза только увеличивает напряженность в обществе, что сказывается и на экономической стабильности.
Немаловажным для процессов «кластеризации» мирового экономического устройства является наличие независимых финансовых центров внутри каждого макрорегиона. Brexit оставил Евросоюзу только финансовые центры и биржи во Франкфурте-на-Майне. Нынешний потенциал Франкфурта, как финансового центра, не может считаться достаточным для стабильного функционирования ЕС в общемировом масштабе.
Существуют и проблемы в Китае, центре будущего китайского макрорегиона. Главной из них эксперты единодушно признают демографические проблемы. К 2040 году в КНР доля населения старше 65 лет вырастет до 16%. Такое положение крайне негативно сказывается на перспективе роста трудовых ресурсов страны. Огромная пенсионная нагрузка отразится на экономической эффективности китайского бизнеса. В конце 1980-х годов с подобной проблемой столкнулась японская экономическая модель. Тогда «состарившееся население» стало балластом для всех инвестиционных проектов социально ориентированного государства современного типа. Японский экономический кризис в девяностых и начале двухтысячных готов доказал опасность недооценки демографических процессов. Экономическая неопределенность Японии текущего времени не идет на пользу росту рождаемости, что замыкает круг социально-экономических проблем страны, когда-то являвшейся флагманом экономического развития. Сегодня японские власти вынуждены ломать национальный менталитет и увеличивать квоты на иностранную рабочую силу.
Правительство КНР проблему рождаемости оценивает трезво и направляет на решение демографических задач не только материальные, но и идеологические ресурсы. Идеологическое содержание политики КНР является еще одним «слабым местом» будущего китайского кластера. Мощь Китая у соседей по юго-восточному азиатскому региону часто вызывает опасения слишком тесного взаимодействия на уровне бизнеса и политического партнерства. Территориальные споры вокруг границ КНР до сих пор являются предметом обсуждения при выстраивании экономических связей.
Главным соперником Китая в регионе может со временем стать Индия, население которой по численности близко к китайскому. Доля молодежи в структуре населения Индии несравненно выше. Однако эксперты не оценивают индийский «молодежный» потенциал как преимущество. Средний уровень образования индусов остается крайне низким, кастовые предрассудки тормозят большинство социальных лифтов, социально-экономические проблемы усугубляются чудовищным разрывом между богатыми и бедными и отсутствием сколько-нибудь действенной объединяющей общегосударственной идеологии. Китай таких проблем не знает, но дипломатическое искусство китайских чиновников при переговорах часто зиждется на «весовой категории» КНР.
Вопрос ориентированности национальных интересов России на восток сегодня выглядит спорным. Большинство представителей элиты — политической, экономической — видят свое будущее в США и странах ЕС. Такое положение не добавляет доверия в выстраивании отношений КНР с РФ, поскольку обе страны лишились западных союзников. Возможно, такая явно прозападная ориентация элиты России обратила на себя когда-то внимание первых лиц Китая. После событий Крымской весны в России проводится политика «национализации» элит в русле устранения двойственности приоритетов. К высшим должностям будут допущены только персоны, не имеющие явного или скрытого «тяготения» к следованию «западным курсом».
Приоритет национальных интересов является лакмусовой бумагой для оценки перспектив межгосударственного сотрудничества современной России. Давление, оказанное ЕС и США на государственные интересы РФ в странах бывшего СССР, привело к тому положению, которое сложилось к сегодняшнему дню. Россия уже не отступает, как это было в 90-е годы, на фронте политического и экономического противостояния с Западом. А перспективы дальнейшего укрепления страны дают надежду на сохранение Россией самостоятельности в условиях разъединения мира на макрорегионы.
Друзья, для нас важно знать, что вам нравятся наши статьи! На этом все держится! Ставьте лайк, комментируйте и подписывайтесь на наш канал!
Наш Телеграмм - https://t.me/rapad_ru