Откуда родом «дикий тунгус»? Как редактор газеты «СПб ведомости» познакомился с Пушкиным

#INJECT_1# Как известно, Пушкин состоял в числе подписчиков «Санкт-Петербургских ведомостей», правда, читателем их он был не особенно усердным. В его письме Петру Вяземскому, отправленном из Царского Села летом 1831 года, есть такая краткая фраза: «О литературе не спрашивай: я не получаю ни единого журнала, кроме «С.‑Петербургских ведомостей», и тех не читаю»… Впрочем, если и не читал, то как минимум просматривал. Когда в 1834 году открывали Александровскую колонну, Пушкина в городе не было, и о происшедшем он узнавал из откликов друзей, очевидцев события, а также из газет. «Санкт-Петербургские ведомости» печатали связанный с открытием официоз, а также длинный, с продолжением этнографический материал о малых народах тогдашней Енисейской губернии — тунгусах, якутах, бурятах, монголах. И было сказано, что «племена, известные ныне под именем бродячих, повержены в глубочайшее невежество…». Есть резонное предположение, что именно отсюда родом «ныне дикий тунгус», упомянутый в пушкинском «Памятнике». А через день после гибели поэта, 31 января 1837 года, газета напечатала краткие, но предельно емкие строки: «…Скончался Александр Сергеевич Пушкин. Русская Литература не терпела столь важной потери со времени смерти Карамзина». В течение еще нескольких недель «Ведомости» тогда напоминали читателям о понесенной утрате, поместив в числе прочего приложением к газете юношеский портрет Пушкина. Лучшие очерки собраны в книгах «Наследие. Избранное» том I и том II. Они продаются в книжных магазинах Петербурга, в редакции на ул. Марата, 25 и в нашем интернет-магазине. Еще больше интересных очерков читайте на нашем канале в«Дзен».