Комитет министров Совета Европы прекратил полноправное членство России в Группе государств против коррупции (ГРЕКО), которая следит за соблюдением конвенции. Таким образом, страна потеряла право голоса и не может участвовать в обсуждении докладов.
После решения Комитета президент Владимир Путин внес на рассмотрение депутатов Госдумы законопроект о выходе России из конвенции об уголовной ответственности за коррупцию.
С точки зрения формальной дипломатии – всё правильно. В ГРЕКО нас лишили всех прав, но сохранили обязанность отчитываться за исполнение конвенции. В политике так не бывает, если есть обязанности, то должны быть и права. Но это решение не учитывает двух важных обстоятельств:
— общественное мнение в России возмутилось, решив, что борьба с коррупцией в стране прекращается. На самом деле многие статьи конвенции со временем были включены в российское законодательство. И в этом смысле внутри страны мало чего меняется, за исключением некоторого символического знака ослабления борьбы с коррупцией для некоторых чиновников. Напомним, что, несмотря на аресты министров и губернаторов, в России есть неприкасаемые. Сразу на ум приходит дело «Оборонсервиса».
— Выйдя из конвенции мы лишимся права требовать выдачи из Европы отечественных коррупционеров. Интересно, это издержки дипломатии? Случайность? Или решение продавлено отечественными прозападными чиновниками, которые привыкли воровать дома, а хранить ворованное там.