Вся Смоленская область была оккупирована уже в первый год войны. Николай воевал, а слухи до него доходили не очень хорошие. Он слышал о том, как немцы издевались над местным населением. Сжигались целые деревни, не щадили ни стариков, ни детей.
Николай воевал с остервенением. Одна мысль о том, что возможно уже нет его семьи, гнала Николая в бой. В такие минуты страх куда-то пропадал.
А в это время его мать Ольга тоже не находила места. Её сын ушёл из дома в 15 лет, совсем ребёнком. А сейчас он на войне, как он там? Поблизости не было церкви. Ольга выходила на улицу и читала молитву на все четыре стороны, так как не знала, в какой стороне находится её сын.
И вот, наконец, у Николая появилась возможность послать письмо на сельсовет. Николай просил дать ответ, в котором была бы хоть какая информация о семье. Письмо привезли председателю колхоза. Надо отдать должное председателю, он бегом бежал с этим письмом к хате Ольги. Он кричал с порога: "Ольга, твой Коля жив". Собрались и другие жители деревни. Как тогда люди радовались друг за друга.
Бабушка Ольга рассказывала, что у неё от радости потемнело в глазах и закружилась голова. Письмо перечитывали несколько раз. Средний брат Леонид стал писать ответ. Утешительное письмо пошло на фронт Николаю.
Летом после победы Николай вернулся домой. Эту встречу уже помнит моя мама. Ей на тот период было почти 9 лет. Ольга с дочкой шли с поля домой. Они увидели, как по дороге идёт человек в сторону их деревни. Ольга встала как вкопанная, кого-то ей напоминал этот человек. Дочка Римма держала её за руку.
И вот неизвестный поравнялся с ними. Через четыре года старший Ольгин сын вернулся домой, живой и невредимый. А моя мама запомнила слова своего старшего брата: "Неужели это Римма, так выросла".