В наше время, отмеченное политическим и духовным противостоянием мировых сил, кто из православных верующих не задумывался об объединении усилий христиан в борьбе за правду Христову! И тогда понятным и даже привлекательным выглядит участие православных в мировом экуменическом движении. Почему бы нет? Разве вера во Христа Спасителя и общехристианская культура не важнее разногласий в трактовании отдельных догматов и обрядов Церквей? В том, что на деле все обстоит не так просто, Русская Церковь и строго контролирующее ее советское правительство смогли убедиться еще на этапе становления вселенского движения церквей.
В 1947 году председатель Совета по делам РПЦ (далее – Совет) Георгий Карпов представил в Совет министров СССР на имя Вячеслава Молотова донесение об экуменическом движении. По его мнению, как эта объединенная деятельность христианских церквей мира, так и политика Римско-католической церкви представляли собой два параллельных течения, направленные, как минимум, к одной общей цели – борьбе с коммунизмом.
«Экуменическое (вселенское) движение зародилось в XIX веке по инициативе англиканской (ветвь протестантской) церкви. Декларируемые цели – объединение «всех христианских церквей мира (православных, протестантских, католической) для устройства общественной жизни на христианских началах путем организованного влияния через церковь на политику правительств и внедрения в массы трудящихся богословского вероучения и христианской морали»
Из справочного материала, предоставленного
в Совет министров СССР Советом по делам РПЦ
Русская Церковь не примкнула
«…Происходившая в феврале 1946 года в Женеве подготовительная конференция, на которой участвовало 87 делегаций от 32 стран, обсуждала главным образом вопросы политического характера: о положении Германии, о смягчении оккупационного режима и т. д., вплоть до вопроса о пересмотре Потсдамских решений.Конференция приняла решение созвать в 1946 году в Амстердаме первую Всемирную Генеральную Ассамблею, которая должна будет принять ряд решений по вопросам мирового церковного движения и уделить внимание обсуждению вопросов международной политической обстановки.В появившейся в Лондоне брошюре о задачах Ассамблеи прямо указывается, что главной задачей христианских церквей мира является борьба с коммунизмом, с тоталитаризмом и т. д.В настоящее время руководители экуменического движения развили лихорадочную деятельность по подготовке к названной Ассамблее. Они разъезжают целыми группами по всем странам, мобилизуют сторонников, делают попытки договориться даже с восточными православными церквами в целях ослабления крепнущих связей их с Русской православной церковью.Экуменическое движение, объединяющее сейчас преимущественно протестантские церкви, стремится к созданию международного объединения христианских церквей во главе с Англиканской церковью. Римско-католическая церковь не участвует в этом движении, ограничиваясь посылкой на происходящие конференции своих наблюдателей. Она считает себя единственной истинно христианской вселенской церковью и в мировом церковном движении не хочет уступать первенства другим церквам.По имеющимся сведениям, Римско-католическая церковь намечает созыв своего Вселенского Собора для провозглашения «догматов вознесения мадонны» и торжественного «осуждения коммунизма, как ереси нового времени».Таким образом, как экуменическое движение, так и политика Римско-католической церкви представляют собой на сегодня два параллельных течения, направленные к единой цели – борьбе с коммунизмом.Руководители экуменического движения делают энергичные и разного рода попытки втянуть в движение и православные автокефальные церкви, но последние не определили еще окончательно своего отношения к экуменическому движению, и участие в некоторых конференциях принимали только представители отдельных православных церквей.Русская православная церковь не считает для себя возможным вступить в экуменическое движение как движение политическое и направленное против Советского Союза. Она стремится как путем личного контакта с главами других православных церквей, так и путем созыва совещаний объединить усилия всех православных церквей и этим создать преграду мировому церковному движению, поддерживающему силы реакции.Русская православная церковь считает необходимым поставить ряд условий, на которых возможно сотрудничество православных церквей с экуменическим движением, а именно: отказ от политики, ограничение движения вопросами церковно-богословскими, перераспределение мандатов в сторону увеличения их для православных церквей и т. д. При отклонении этих условий как Русская, так и другие православные церкви должны ограничиться посылкой своих представителей в качестве наблюдателей на экуменические съезды и конференции. Совет считает такую постановку вопроса со стороны Русской православной церкви правильной. Совет продолжает заниматься изучением этого вопроса» (Письма и доклады Совета Правительству СССР и ЦК ВКП(б) Т. 1. ЦГАОР СССР Ф. 6991. Оп. 1. Д. 149, Л. 314–327).
Амбициозные планы
К письму прилагается «Краткая справка» с таким всесторонним и глубоким анализом экуменического движения, что становится очевидным прямое участие в составлении этого документа богословов и церковных историков. Текст явно составлен по запросу Совета представителями Московской патриархии, а значит отражает позицию Святейшего Патриарха Алексия (Симанского).
До 1937 года, дается в справке краткий исторический экскурс, экуменическое движение шло по двум направлениям. Первое – Стокгольмское (Стокгольмская конференция 1925 года) под названием «Жизнь и дело» – ставило своей задачей объединение церквей на основе практической христианской социальной деятельности. Второе – Лозаннское (Лозаннская конференция 1927 года) под названием «Вера и церковный строй», сферой интересов которого было взаимное ознакомление с вопросами догматического и вероисповедного характера. Оба эти движения в 1937 году объединились на Эдинбургской конференции на основе совместно выработанного и утвержденного в мае 1938 года на Утрехтской конференции «Положения о всемирном Совете церквей».
Планы инициаторов движения были весьма амбициозны, но не всегда осуществимы: «желая охватить весь христианский мир, делали неоднократные попытки вовлечь в движение римско-католическую и православные автокефальные церкви. Римско-католическая церковь отказалась от участия в движении так: это противоречит принципу вселенскости Римско-католической церкви, считающей себя единственной подлинной вселенской церковью – и свое участие ограничила посылкой наблюдателей на происходящие экуменические совещания.
Русская Православная Церковь не принимала никакого участия в движении, и лишь некоторые русские эмигрантские церковные круги (Париж) участвовали в нем, «не имея никаких полномочий от Московской Патриархии».
Что касается православных церквей мира, то они к тому времени еще не определили окончательно своего отношения к движению, хотя представители отдельных церквей (Константинопольской, Греческой, Болгарской и Сербской) принимали участие в экуменических совещаниях и конференциях.
Как долго Патриарх держал оборону?
В справке подчеркивается, что «…если на всех ранее происходивших многочисленных съездах, совещаниях, конференциях инициаторы и руководители экуменического движения прикрывали свои истинные намерения религиозно-нравственной оболочкой, то Женевская конференция 1946 года показала подлинное лицо экуменического движения, преследующего под видом объединения церквей сколачивание англо-американского церковного блока для политических целей. Это видно из того, что на повестке дня преобладали вопросы политического характера».
Из документов Совета по данной теме следует, что Патриарх Алексий (Симанский) в той или иной форме получал приглашения влиться в объединение, но отвечал на них весьма сдержанно:
«Своим непременным условием Московская Патриархия намерена выдвинуть требование удаления из экуменического движения элементов политики… В то же время Русская православная церковь, верная своей миссии «спасения душ» и невмешательства в область политики, не может мириться с каким-либо осуждением советской социально-экономической системы, не видя в ее существе ничего противного основам учения православной церкви.Занятие Русской церковью подобной позиции и поддержка этой позиции со стороны других православных церквей могло бы оказать воздействие в нужном направлении на мировое (христианское) общественное мнение..» (ЦГАОР СССР Ф. 6991. Оп. 1. Д. 149, Л. 314-327).
Совет докладывает в правительство, что на деле Патриарх противостоит экуменическому движению и, пользуясь авторитетом РПЦ среди других православных церквей, такую же линию поведения проводит среди них, в частности, в рамках Совещания глав автокефальных православных церквей мира в Москве в 1947 году.
Святейший Патриарх долго сопротивлялся вхождению «в совет нечестивых», и только в 1961 году, когда благодаря антирелигиозной политике Хрущева Русская Православная Церковь снова оказалась на грани уничтожения, принял предложение вступить во Всемирный совет церквей.
В главном верен себе и сегодня
Экуменизм сегодня – это тема отдельной статьи, но все же зададимся вопросом: в каком направлении он развивается теперь? Вселенское движение христианских церквей, конечно, не стояло на месте все эти десятилетия, эволюционировало, но в главном и сегодня остается верным себе – в своей политической подоплеке. Взять, к примеру, выступление действующего ныне президента Германии Франк-Вальтера Штайнмайера на очередной ассамблее Всемирного совета церквей в Карлсруэ (Германия), где он грубо высказался против Русской Церкви и России в связи с событиями на Украине.
Трактование сущности, задач экуменизма и отношение к нему постоянно меняется и является порой взаимоисключающим.
Так, патриарх Московский и Всея Руси Алексий II считал, что: «Православная церковь не может признавать «равенство деноминаций». Отпавшие от Церкви не могут быть воссоединены с ней в том состоянии, в каком находятся ныне, имеющиеся догматические расхождения должны быть преодолены, а не просто обойдены».
«Суть католического экуменизма состоит не в отказе от части своей догматики ради создания приемлемого для всех конфессий компромиссного вероучения, а в уважении ко всему тому в других конфессиях, что не противоречит уже имеющейся католической догме», – провозглашает Ватиканская Декларация «Dominus Iesus». Кстати, со времен Второй мировой войны участие католиков в экуменическом движении активизировалось, но, как следует из вышеприведенного, все с той же целью усиления объединения всех христианских церквей в лоне католической церкви.
А вот что писал о Всемирном Совете Церквей известный церковный деятель, протоиерей Всеволод Чаплин (1968-2020): «В органах этого движения нет не только истинной христианской веры, но даже истинного религиозного поиска – один цинизм, мелко-политические дрязги, бюрократические разборки… В конце советского времени мы верили, что экуменизм приведет к воссоединению всех, кто именует себя христианами, на основе Православия. Но подавляющее большинство протестантов лишь еще более отдалилось от него, а католики стремительно идут по пути пораженчества и приспособления к духу «мира сего», нагло навязывающего логику зла и структуры зла тем, кто возносит в молитве имя Христово».
Опасная толерантность
Неискушенному в богословии и церковной дипломатии православному мирянину трудно разобраться в вопросах и сомнениях, возникающих на поле различных церковных движений, да и в ученой богословской среде, мягко говоря, в этом нет единодушия.
Взять хотя бы основное заявление экуменизма о том, что его сторонники проповедуют учение о возможном объединении всех религий (не только христианских) в одну новую, общую для всех религию. Намерение носит явно глобалистский характер. Но не из одного ли флакона происходят провозглашаемые на Западе толерантность в вопросах веры и терпимость (и даже признание на законодательном уровне!) грехов, с которыми призван бороться каждый христианин? Резко отрицая «терпимость» подобного толка, Русская Православная Церковь, тем не менее, продолжает свое участие в работе Всемирного совета церквей, объясняя это так: межхристианский и межрелигиозный диалог, в том числе участие в работе ВСЦ, для православных его участников является формой свидетельства перед инославным миром о православии, формой богозаповеданной проповеди Истины Христовой.
Что же, дай Господи представителям нашей Церкви быть услышанными, не попасть под влияние чуждых взглядов и лукавых намерений, вспоминая слова праведного Иоанна Кронштадтского: «Существует немало отдельных вероисповеданий христианства, с различным устройством внешним и внутренним, с различными мнениями и учениями, нередко противными Божественной истине Евангелия и учению святых апостолов, Вселенских и поместных Соборов и святых отцов. Нельзя считать их все за истинные и спасительные: безразличие в вере, или признание всякой веры за одинаково спасительную, ведет к безверию или охлаждению к вере, к нерадению об исполнении правил и уставов веры, к охлаждению христиан друг к другу» (Св. праведный Иоанн Кронштадтский. Мысли о Церкви).
Автор: Вера Крюкова