Много лет назад была в экспедиции в Синьцзян-уйгурском автономном районе Китая – собирала материал для статьи в журнале «Вокруг света». Со мной был фотограф из Москвы Лев Ильич Вейсман. Ему было тогда 65 лет, он был бодр, всегда в хорошем рабочем настроении, учил меня фотографировать и постоянно шутил: «Мог ли я, простой еврейский мальчик Лёва, подумать, что когда-нибудь буду в Кашгаре?». Расположенный ближе к Афганистану с Пакистаном, чем к Пекину, Кашгар – один из главных мусульманских центров Китая, где даже титульная китайская нация – ханьцы – чувствуют себя иностранцами. Лев Ильич, о Кашгаре не мечтавший, был здесь второй раз. Так иногда случается: места, о которых не мечтал, становятся частью тебя (у меня так было, например, с Китаем, жить в котором я никогда не мечтала), а поездку в те, которые считаешь «мечтой всей жизни», все время откладываешь. Как будто боишься: вот сбудется эта мечта, и что дальше? Когда мы сидели в палатке посреди бескрайней пустыни Такламакан и смотрели н