Мир, который мы знаем и который изучает молодежь, эта заложница нашей интеллектуальной лени, — уже в прошлом. Он прошел, а мы живем в реальности, которую по инерции все еще считаем приблизительным и отдаленным прогнозом.
Происходящие изменения более глубоки и масштабны, чем происходившие на протяжении всей письменной истории человечества.
Большинству предстоит испытать, даже в своих семьях, ужас исторического творчества: мы будем ясно понимать, что сделанную ошибку нельзя исправить, — и, одновременно, что у нас нет достаточной для принятия решений информации.
И решения, последствия которых нельзя будет исправить, мы будем принимать вслепую.
Собственно, из-за этого ужаса люди и создали идеологию: чтобы иметь дальние цели и, не видя будущего, решать проблему его созданием, подчинением его своей воле и переламыванием истории.
Мы живем внутри исторической «точки бифуркации», на сломе эпох, — и этот момент может затягиваться в отдельную эпоху.
Но произошедшие изменения уже шокирующе глубоки.
Так, все экономические теории основаны на праве частной собственности. Это фундамент рынка, - но он жив лишь на уровне национального бизнеса.
А вот на уровне хозяина мира - глобального бизнеса — право частной собственности умерло, хотя и не так, как грезили марксисты. Ведь, когда акционеры ничего не могут сделать с топ-менеджерами корпорации, кроме как их уволить и нанять других, таких же или еще хуже (а это реальность, осознанная еще в кризис 2008—2009 годов), — это значит, что они не могут управлять своей собственностью.
И, что важнее, они и не хотят делать это.
А собственность без управления — не собственность. И капитализм без частной собственности — это уже некая совсем иная система.
Другое фундаментальное изменение: жизнь определяется уже не деньгами, а технологиями, в том числе социальными, и в первую очередь задаваемой ими инфраструктурой.
Классическое определение: свобода — это избыток инфраструктуры, но сейчас такой избыток редок. И, главное, свобода в рамках заданной извне инфраструктуры относительна: вы не только принимаете связанные с ней ограничения, но и становитесь управляемыми, часто незаметно для себя, - и это касается не только энергетики и правил дорожного движения.
Все больше компьютерных программ, которые нельзя купить, а можно лишь приобрести доступ к ним. Вы все больше пользуетесь облачными сервисами и другими внешними хранилищами информации, от которых можете быть отрезаны, - а переданная в них информация больше не принадлежит только вам.
И Вы, свободно и без принуждения, принимаете решения, запрограммированные социальной и информационной инфраструктурой, в которой Вы живете.
Содержание нашей эпохи — смена доминирующих технологий и, под их влиянием, самой сути развития человечества.
На протяжении всей письменной истории мы меняли окружающий мир, а последние 30 лет наиболее рентабельным из общедоступных видов бизнеса стало изменение человеческого сознания. И все социальные институты, приспособленные для изменения окружающего мира, все еще переориентируются на иную задачу: на изменение восприятия этого мира, - а человечество уже вновь сменило свою функцию и сейчас производит «цифровые следы» для обучения конкурирующих искусственных интеллектов.
У нас нет не то что теоретического описания этого процесса — у нас нет даже толкового описания его практики. Все слишком быстро меняется, и мы часто не понимаем, что важно, а что нет, что происходит на самом деле, а что является просто воспоминанием или мечтой, переносимыми нами на больше не соответствующую им действительность.
Это новая, удивительная реальность, и нам надо приложить колоссальные усилия для ее познания, - чтобы менять ее не инстинктивно и хаотично, а сознательно, в своих собственных, а не чужих целях.