Клянусь не быть обыденным И неодушевлённым; Иль чем-то непредвиденным Стать в сердце разделённым; Как большинство, не думая, Шагать самоуверенно, Забыв благоразумие Специально, преднамеренно; На пике остроумия Воспитанного прошлого, Стать богом слабоумия Невыдержанно-пошлого; И под авации толпы, Под вопли скудотребия, В злословии стирать язык, Содрав великолепие. Клянусь не выкинуть финты Дурацкого нечаянья, Чтоб премий Дарвина листы Прилюдно не вручали мне. И в этом мире, полном тли, Не тлеть, души не чая, Но душу вынуть из петли, От тления спасая. И маяком гореть в ночи, Надежду возвещая, Любви и радости лучи В пространство излучая!
Клянусь не быть обыденным
И неодушевлённым;
Иль чем-то непредвиденным
Стать в сердце разделённым;
Как большинство, не думая,
Шагать самоуверенно,
Забыв благоразумие
Специально, преднамеренно;
На пике остроумия
Воспитанного прошлого,
Стать богом слабоумия
Невыдержанно-пошлого;
И под авации толпы,
Под вопли скудотребия,
В злословии стирать язык,
Содрав великолепие.
Клянусь не выкинуть финты
Дурацкого нечаянья,
Чтоб премий Дарвина листы
Прилюдно не вручали мне.
И в этом мире, полном тли,
Не тлеть, души не чая,
Но душу вынуть из петли,
От тления спасая.
И маяком гореть в ночи,
Надежду возвещая,
Любви и радости лучи
В пространство излучая!