Открытие памятника Софье Перовской у Николаевского (Московского) вокзала. Петроград. В первом ряду стоят З.И. Лилина (с сыном Стефаном), А.В. Луначарский, Орландо Гризелли и Н.А. Морозов. Фото В. Буллы. 29 декабря 1918 года.
29 декабря 1918 года в Петрограде перед Николаевским (ныне Московским) вокзалом в рамках ленинского «плана монументальной пропаганды» установили бюст революционерки Софьи Перовской. Автором его стал итальянский скульптор Итало Орландо Гризелли (Italo Orlando Griselli, 1880—1958), проживший несколько лет в России, где его называли на русский манер Орландо Оливеровичем. Памятник был примечателен в двух отношениях: во-первых, это был, вероятно, первый советский памятник женщине. А во-вторых, видимо, первый памятник в России цареубийце. Поэтому на открытие пригласили старых народовольцев, так, там присутствовал Николай Морозов, бывший соратником Софьи Перовской.
Однако «первый блин вышел комом». Из открытия получился скандал. Дело в том, что автор статуи работал в новаторской технике кубофутуризма. Скульптор Л. Шервуд рассказывал в своих мемуарах: «Когда памятник Перовской был открыт, то вместо русской революционерки все увидели могучую львицу с громадной причёской, с мощными формами лица и шеи, ничего общего не имевшую с реальным образом Перовской. Это так поразило и оскорбило присутствующих, что памятник был немедленно закрыт. Решено было больше не давать футуристам заказов». Анатолий Луначарский, присутствовавший при открытии скульптуры, вспоминал: «Хуже выходили памятники с левым уклоном, так, например, когда открыта была кубически стилизованная голова Перовской, то некоторые прямо шарахнулись в сторону, а 3. Лилина на самых высоких тонах потребовала, чтобы памятник был немедленно снят». Нарком добавлял: «Многих огорчило чрезвычайно нечеловеческое изображение Перовской».
3лата Лилина (1882—1929) — это была жена Григория Зиновьева, в тот момент — руководителя красного Петрограда. Так что её мнение имело немалый вес... Едва прошло сто дней после установки статуи, как 8 апреля 1919 года исполком Петросовета вынес постановление о её демонтаже «по просьбам трудящихся». Как видно, не только рядовые петроградцы, но и революционные руководители города были не готовы к восприятию таких новаторских скульптур. По оценке искусствоведа Марии Чегодаевой, «ничего особенно „футуристического“ в работе О. Гризелли не было», хотя «голова С. Перовской представала несколько огрублённой, может быть, несколько экспрессионистичной». «Впервые, во всяком случае в русской истории, произведение искусства было „казнено“ не по политическим и не по идеологическим, а по сугубо художественным мотивам».
В 20-е годы Гризелли вернулся в Италию. Одной из самых известных его работ этого периода стал в 1939 году «Гений фашизма» в Риме (итал. Il genio del fascismo), обнажённый мускулистый юноша, салютующий фашистским приветствием. После 1945 года на руки юноши надели боксёрские перчатки и переименовали его в «Гения спорта»...