Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Имхи и омги

Абдулразак Гурна «Посмертие»

Второй прочтённый роман Абдулразака Гурны понравился мне гораздо меньше первого. И тому много факторов. Во-первых, "Посмертие" - по сути своей прямое продолжение "Рая", хотя имена героев изменены (так, Юсуф стал Хамзой). Однако там, где "Рай" являл нам то притчу, то роман-путешествие, то практически библейскую историю, что в принципе характерно для "туземной" традиции, "Посмертие" представляет типично европейский сюжет в африканских декорациях. Точно такое же действие могло разворачиваться в любой точке земного шара, и совсем не обязательно колониальной. И да, США в начале XX века тоже подойдут. Во-вторых, помимо того, что роман написан по-европейски, он ещё и унаследовал европейскую болезнь: немец - по определению машина-изувер, британец - заботливый интеллигент. Немцы насаждают порядок, и поначалу героям он даже нравится, но только с приходом британцев они осознают, как на самом деле можно заботиться о туземном населении. Местами от этого сиропа подташнивает. В-третьих, роман катего
alpinabook.ru
alpinabook.ru

Второй прочтённый роман Абдулразака Гурны понравился мне гораздо меньше первого. И тому много факторов.

Во-первых, "Посмертие" - по сути своей прямое продолжение "Рая", хотя имена героев изменены (так, Юсуф стал Хамзой). Однако там, где "Рай" являл нам то притчу, то роман-путешествие, то практически библейскую историю, что в принципе характерно для "туземной" традиции, "Посмертие" представляет типично европейский сюжет в африканских декорациях. Точно такое же действие могло разворачиваться в любой точке земного шара, и совсем не обязательно колониальной. И да, США в начале XX века тоже подойдут.

Во-вторых, помимо того, что роман написан по-европейски, он ещё и унаследовал европейскую болезнь: немец - по определению машина-изувер, британец - заботливый интеллигент. Немцы насаждают порядок, и поначалу героям он даже нравится, но только с приходом британцев они осознают, как на самом деле можно заботиться о туземном населении. Местами от этого сиропа подташнивает.

В-третьих, роман категорически предсказуем. Ещё в самом начале, когда нам представляют героев, мы понимаем, каким образом и в каких комбинациях автор их сведёт: спасибо и на том, что Хамза с Ильясом не встречаются где-нибудь на поле боя, прикрывая друг другу спины (Ремарк или Хемингуэй такую возможность не упустили бы, но они и писали почти на век раньше).

Наконец, в-четвёртых, ощущение, что Гурна просто не знал, как ему закончить, поэтому тупо присобачил в хвост бесконечный эпилог с элементами исторического научпопа. И если мотивацию Ильяса-младшего хотя бы можно понять (многие из нас, включая и меня самого, увлекаются генеалогическими изысканиями), то мотивация Ильяса-старшего - вообще тёмный лес: ни одного ответа на вопрос "почему". И, кстати, в этом эпилоге-конспекте безумное число неувязок (*спойлер*): куда, к примеру, подевалась одержимость Ильяса-младшего и как ему, несмотря на весь германский ordnung, удалось перескочить от потерянной дочери пастора непосредственно к фотографии Ильяса-старшего?

В общем, "Посмертие" - по-прежнему неплохая с точки зрения деталей проза, которой крайне не хватает завершения сюжетной линии (aka глубинного смысла), ещё и в прямолинейном переводе, который "сушит" и без того суховатый язык. И да (в продолжение дискуссии, начатой под статьёй про "Рай"), теперь очевидно, что Гурна - это британский писатель с присущими британскому писателю недостатками.

#современная проза #история #имхи_и_омги