Знаете, я всё хожу и думаю про чрезвычайную разделённость людей сейчас.
Как так получается, что настолько сложно с противоположной точкой зрения на военные действия. Я пишу про себя, но подозреваю, что у многих сейчас так. Как будто есть две вселенные, у которых нет шанса пересечься. И при любой попытке посмотреть друг на друга - очень много всего вспыхивает. Я недавно сидела в очереди в мфц, был полный зал, обстановка так себе, и я подумала - если сейчас встать и вкинуть какое-то одно из мнений к происходящему в мире - реально не исключаю вероятности того, что люди могут начать драться. Настолько много напряжения в воздухе. Это можно сравнить с квартирой, которую заполняет газ, и достаточно одной искры, чтобы запылало. Настолько всё поляризовано, разделено. Каждая из сторон про свою картину мира думает - ну это же очевидно.
И я слышу похожие истории от других людей - что невозможно обходиться с другой точкой зрения. Невозможно даже приближаться. Проще оборвать контакт, записать человека в определеную категорию в своей голове и никак не соприкасаться. И по итогу - вообще-то говоря, расчеловечить, повесить ярлык, назвать или тупым, или предателем (смотря на какой ты стороне).
Я тоже это чувствую. Желание разделить людей по папкам в своей голове и не приближаться к тем, кто кажется чужим. Оно и понятно - в тяжелое время хочется быть рядом с теми, кого мы считаем своими.
Но всё же. Как же быть дальше? Как мне быть дальше? Ведь, отстраняясь от других, отделяясь, рождается ещё больше напряжения, а в глобальном масштабе и насилия, чтобы это напряжение разрядить.
Как мне видится, пока мы коммуницируем на когнитивном уровне и спорим о том, как правильно надо относиться к происходящему, и какая картина мира правильная - это дорога в разделение. Я задаюсь вопросом - этого ли я хочу? Безопасно ли мне будет жить в таком обществе? Какой вклад во внешнее я делаю таким своим внутренним отношением? И я не про то, что нужно отказаться от своей позиции или “давайте жить дружно” - нет, у меня есть своя позиция, и в прекращении отношений тоже не вижу ничего ужасного. Я скорее о том зашкаливающем уровне неприятия. Как будто это попадает куда-то в самые основы, в самый фундамент того, на чём стоит человек.
Знаете, на психологических группах бывает, что какой-то участник группы начинает делиться мнением или суждением в довольно агрессивной манере, или начинает спорить с другими, конфликтовать, а другие участники могут в это включаться и входить в конфликт, разгоняя аффект ещё больше. У остальных может быть много возмущения, хочется человека исключить, заставить замолчать, не видеть. То самое “записать в определённую папочку у себя в голове”.
В этот момент обычно ведущие группы направляют участника обратно внутрь, к себе самому - давай всё-таки про тебя, про твои чувства, почему тебя это так задевает, расскажи, что с тобой происходит. С какой внутренней болью ты сталкиваешься? И тогда, возможно, человеку удаётся нащупать какую-то внутреннюю рану, к которой ему тяжело прикасаться, она очень чувствительная и болючая. И вот тут происходит магия - когда видишь, что человек на самом деле сражается не с внешним миром, он реагирует из своей боли, и что ему правда больно, тяжело, внутри он уязвим и хрупок, и ты понимаешь, откуда эта агрессивная и колючая броня появилась - тогда можно за всеми его фасадными защитами увидеть человека и смягчиться. Как будто внутри себя проделать этот путь от ярлыка до человека. Но для этого нужно, чтобы приоткрылось что-то чуть глубже, чем “ты не прав, потому что…”.
Я для себя как будто в этом вижу выход. Соприкасаться живым, чувствительным. Уходить от концепций, мнений, и больше обращаться к внутренней боли. Раскручивать спираль - что со мной происходит. И, если это возможно, пробовать и в других людях видеть людей с чувствами.
И тогда может обнаружиться, например, что мне очень больно, если другой не разделяет того ужаса, который испытываю я. Это похоже на то, когда друг бросает в беде - беспомощность, обрушение опоры. Или мне страшно, у меня внутри всё дрожит, потому что подрываются мои связи с человеком - как я могу быть в нём уверенной, если он может радоваться насилию. Или наоборот - как я могу быть в нём уверенной, если он может взять и уехать в трудный момент, если он не вписывается в моё понятие о настоящих мужчинах. Или я испытываю разочарование - я думала, что ты такой, а ты другой. И тогда рождается вопрос - на чём тогда стоят наши отношения? Кто мы друг другу?
И из обнаружения чувств уже тогда легче двигаться дальше, да и дышать. Ведь за злостью стоит надежда вернуть утраченную связь, переделать другого, вернуть опору. Как будто злость сейчас - это попытка переделать других, и вернуть всё так, как было. А если заглянуть за злость, и увидеть там боль, страх, ужас, разочарование, беспомощность и другие чувства, то тогда и реальность принять проще, и прийти скорее к грусти от несостоявшегося, к гореванию от потери чего-то очень важного, к оплакиванию потерь. А не трясти других с криками “ну как же так, как ты можешь так думать???”. Мы действительно многое теряем сейчас - отношения, связи, привычный уклад, чувство безопасности, свою привычную национальную идентичность. А уже из принятия факта потерь - прийти к конкретным шагам по адаптации и попытке построить жизнь в новой реальности.
Это невероятно трудная задачка сейчас. Нужно быть внутренне устойчивым, самому работать над интеграцией внутри себя, чувствовать заземлённость и опору под собой, быть способным оттормаживать момент между импульсом и реакцией, и делать выбор всё-таки попробовать разглядеть за человеком человека. И даже тогда периодически штормит.
Могу ли я действительно работать с этим? Не за фасадным “я выше всех этих дрязг” - в этом тоже много пренебрежения другими. А по-честному так, проводить эту внутреннюю работу, разбирая эти завалы, глядя на то, что внутри - честно и не отводя глаз.
—
Александра Кожехова, психолог