Елена Сальникова
Продавщица была ядрёной, даже устрашающей: фартук поверх полушубка, безразмерные рукавицы и суровый подбородок. Нахохлившись над россыпью мандаринов, она стерегла их, как наседка цыплят. Прохожие, устремившиеся было к новогоднему яству, пробегали мимо, как только встречались с ней взглядом.
Лишь одна маленькая девочка осмелилась не только подойти к прилавку, но и погладить оранжевые щёчки.
Девочку звали Сонечка, она возвращалась с мамой из детского сада.
– Мам, смотри, мандарин, как колобок из сказки! – засмеялась она. – Он от бабушки ушёл и от дедушки ушёл…
Вдруг продавщица хлопнула малышку по руке и грозно спросила:
– Брать будете?
Мама Сонечки, учительница младших классов, была не робкого десятка. Но тут спасовала:
– Не будем, спасибо.
– А не будете, нечего товар портить. Ходят и хапают всякие, – плюхала продавщица злыми словами маме в лицо.
Мама скукожилась. Зато Сонечка схватила мандарин, кинула его в снег и крикнула:
– Жадина-говядина, злая шоколадина!
Мама аж дышать перестала, сгребла девочку в охапку – и ринулась к дому.
Мандарин тем временем тоже дал дёру. Сначала он закатился за ствол берёзы и затаился там на несколько минут. Над ним сверкал серебристый водопад охваченных морозом и ликованием ветвей. Мандарин даже ахнул от этого великолепия. Но, испугавшись, что его услышат, попытался зарыться в снег. Не тут-то было. Откуда ни возьмись появился жизнерадостно-лохматый пёс и принялся обнюхивать яркую диковину.
–Ты кто? – ткнулся он носом в ароматную кожуру.
–Шшш! – шикнул мандарин. – Я…э… колобок. Я от бабушки ушёл, я от дедушки ушёл и от вредушки укатился.
Подумав минутку, мандарин, неожиданно для самого себя, продолжил:
– И от тебя, Полкан, тоже уйду!
Пёс Полкан от удивления сел в сугроб.
А мандарин покатился-покатился по мягкой тропке и наткнулся на кота. Кот, увидев небывалый клубок, попытался тронуть его лапой. Но мандарин увернулся:
– От тебя я тоже убегу!
И пустился наутёк со всех бочков.
Катился он так до темноты. Когда ночь сжала в своём кулаке город, мандарин остановился, прислушался – тишина. Тишина такая огромная и страшная, что хоть назад на прилавок возвращайся. Да там тоже безрадостно: хочешь-не хочешь купят и съедят.
Вот если бы он был не настоящим мандарином, а игрушечным. Висел бы на ёлке в доме у этой девочки, которая не испугалась продавщицу-надзирательницу. Ах, какая славная девочка, за маму вступилась!
– Мне ни за что её не найти, – огорчённо прошептал мандарин и вздрогнул, услышав тяжёлые шаги.
Он прижался к стылой земле всем пузиком, думая только о том, чтоб прохожий его не заметил.
Но прохожий заметил и взял мандарин в руку. Рука была большая, в тёплой рукавице, которая пахла лесом и немножко небом.
– Говоришь, игрушкой стать хочешь? – спросил густой уютный голос. – Отчего бы и нет? Видишь посох?
Мандарин повернулся и увидел в другой руке волшебный посох с набалдашником в виде сияющей звезды. А хозяин чудо-вещи между тем продолжал:
– Дотронусь до тебя – и ты превратишься в ёлочную игрушку, будешь жить в комнате Сонечки, радовать её.
– Не врёшь? – спросил мандарин.
– Слово Деда Мороза! – пообещал тот и…
Сонечка вбежала на кухню, дёрнула маму за рукав домашнего платья:
– Мам, ты когда уже начала ёлку украшать? Говорила, будем вместе!
Мама удивилась:
– Я ещё не начинала. Мы же только её поставили.
– Откуда тогда игрушка? – потребовала ответа дочь и потащила маму в свою комнату.
Там на ёлке действительно блестел весёлым бочком золотистый мандарин.
– Чудеса в решете! – ахнула мама. – Может, папа незаметно его повесил? Но раз дело уже начато, давай-ка наряжать нашу зелёную красавицу.
– Давай, давай! – ликующе крикнула Сонечка и потянулась к коробке с новогодними игрушками.
Сыктывкар