Я даже и понимаю, что эта известнейшая песня только частично новогодняя. Но, Господи, как хороша-то! Поставлю ка я ее в ночь с четверга на пятницу как талисман если не счастья, то хоть надежды и утешения.
А вообще, счастье – это такая странная штука, которую обычно не узнаешь при встрече. Ну как мы это самое счастье встречаем? Насторожено обычно – ну, не может же быть, что все это по-настоящему, что все всерьез. Да, хорошо, да приятно. А еще говорят – это запомнится. И оно запоминается. Самое-то главное качество у счастья, как понимаешь с возрастом – это запоминаться. Оно ведь в момент встречи может вовсе и не счастьем быть. Радостью может, весельем может, откровенностью и близостью может. А вот счастьем становится уже потом. Когда о нем вспомнишь.
Наверное, это еще одна причина того, что бардовская песня, да и вообще поэзия – это дело больше грустное. Светлая грусть – главная краска поэзии. Но ведь и поэзия – это всегда в прошедшем времени. Что-то там поэт пережил – это одна история. Потом он об этом вспомнил, покрутил в голове и так, и этак – вторая история. Потом воспоминание начинает обрастать образами, превращаясь в картину или стихотворение – история третья, и тоже скрытая от глаз. И только на четвертом этапе, когда все эти истории уже вываливаются на наши благодарные головы, песня или стихотворение становится тем самым, что мы знаем и любим.
Простите, что привел тут абзац собственного мастер-класса по чтецким делам. Но именно этот аспект понимания поэзии и песни очень важен. Многие же сильно раздражаются, когда им кажется, что исполнитель недостаточно глубоко влез в шкуру лирического героя – дескать, не пережил, не прочувствовал что-то, недостаточно волновался, пугался, был счастливым или грозным!.. Поверьте, друзья – это требование глупое и невыполнимое. Сама природа поэзии категорически против. Исполнитель всегда говорит не о том, что происходит в тексте, а о своих отношениях с этим текстом. И увлекает нас какими-то особенностями этих отношений. Он о страшном может говорить весело – ну, в жизни-то точно так, а о безудержном веселье грустно. Просто потому, что стихи – это всегда воспоминания, а не то, что происходит прямо на ваших глазах. Уж простите, но это так.
И вот как раз Визбор едва не лучше всех умел на этой разнице времен играть. Виртуозно и гениально. И как автор, и как исполнитель. И перед самым Новым годом очень хочется вам, друзья, пожелать чего-то вроде Визборовской мудрости. Светлой и улыбчивой. И то, что песня о приснившемся настоящем счастье у него получилась грустной – это всем нам пример и наставление в понимании поэзии вообще. Дай вам Бог сегодня увидеть очень хороший сон! И, если вы попробуете назавтра о нем нам тут рассказать – рассказ будет светлым и грустным, какое бы счастье вы не увидели во сне, какими бы вы сами счастливыми там не были. Это поэзия! И дай вам Бог в наступающем году хорошей поэзии – это, возможно, единственный способ обрести и силы, и мудрость, чтобы жить дальше не абы как, а насыщено и по-настоящему.
С наступающим вас, друзья!