Жизнь всякого подлинного гения полна загадок.
[…]
Можно сказать, что изучение сверхсложных моментов частной жизни необязательно. Возможно. Но только тогда, когда это не касается понимания особенностей творчества. Разве такое бывает? — спросит читатель. Ведь личная жизнь всегда связана с творчеством. Это правда! Скажем так: почти всегда! Но порой в копании в интимных подробностях нет необходимости.
Музыка Моцарта предельно объективна. Как и Гайдна. И необязательно связывать подробности личной жизни с их симфониями, сонатами, квартетами. И это потому, что они классики, их творчество не является их дневником, а отражает расцвет веры в человеческий разум. Но уже Бетховен, третий венский классик, по всем каналам связанный с Гайдном и Моцартом, обнаруживает в своем творчестве связь с эпизодами и особенностями личной жизни.
Потому что Бетховен уже частью своей личности и творчества в романтизме. Он, в отличие от первых двух, обретает независимость от работодателей, склонность к одиночеству и одновременно огромное желание любить и быть любимым. Причем первое (любить) проходит через всю бетховенскую жизнь (он постоянно был влюблен в разных женщин), а второе (быть любимым) становится непреодолимой преградой к счастью.
В результате, с одной стороны, появляются музыкальные произведения, посвященные тем, кого Бетховен любил. Начиная от сонаты «как бы фантазия» — широко известной под названием, данным музыке через пять лет после смерти автора поэтом и музыкальным критиком Людвигом Рельштабом — «Соната лунного света» (в русском переводе «Лунная соната»). Она была посвящена самой значительной любви в жизни Бетховена, графине Джульетте Гвичарди. Затем Тереза Мальфатти, для которой композитор сочинил, пожалуй, самую известную миниатюру всей фортепианной музыки — багатель «К Элизе» («к Терезе», Элиза — ошибка переписчика). Наконец, вокальный цикл «К далекой возлюбленной». Он был посвящен графу Францу Иозефу фон Лобковицу, но в названии цикла — самая главная загадка Бетховена: кто эта «далекая (а в загадочном и неотправленном Бетховеном письме «бессмертная») возлюбленная»?
Письмо было найдено в ящике стола после смерти Бетховена. Так что ответа на вопрос биографов, КТО ОНА, мы уже никогда не получим.
Материал подготовлен по книге Михаила Казиника «Парадоксы гениев» (12+)
«Следовать за мыслями великого человека есть наука самая занимательная», — писал Александр Пушкин. О каких же великих людях идет речь в новой книге автора «Парадоксы гениев»? О Пушкине, Гоголе, Чайковском, Бахе, Бетховене, Брамсе, Андерсене, Хлебникове, Гёте, Батюшкове, Вяземском...
Михаил Казиник легко и в то же время глубоко рассуждает о поэзии и правде, о рифме и идее, реальности и выдумке, открывает скрытые пласты смыслов известных произведений, следует за высказываниями великих людей, и разбирается в том, что же делает человека подлинно великим.
Купить книгу Михаила Казиника «Парадоксы гениев» (12+) можно по ссылке: https://go.ast.ru/a0058xk
Поделитесь этой статьей в социальных сетях и не забудьте подписаться на AСT nonfiction :)