После Лондона мы отправились в Антарктиду.
Привезли мы снабжение на станцию. У нашей конторы тогда была своя станция на южном материке. Наш пароход в этом рейсе проводил исследования вдоль побережья Антарктиды в море Содружества и заодно мы снабжали зимовщиков.
Я тогда первый раз пошёл в антарктический рейс. Интересно всё было. Айсберги, касатки, пингвины. И вот под проводкой вертолёта продрались сквозь битый лёд в залив Прюдс. Хоть и стояло лето в разгаре, но в феврале подойти к берегу "Земля принцессы Елизаветы" невозможно. Ледовый припай не даёт. Полярники подготовили нам ледовый причал. А проще говоря – вморозили в кромку припая два бревна, к которым мы и ошвартовались.
Снабжение выгружали на лёд стрелами, а на станцию его доставляли вертолётом в сетке. Обратно надо было загрузить огромное количество использованных газовых баллонов и бочек из-под ГСМ. По международным нормам положено вывозить.
Когда отгрузились, было время сходить в гости на станцию или к пингвинам. Как раз рядом располагалась большая колония пингвинов. Адели – это не императорские конечно, но тоже интересные создания. А как они на пузе с горы катаются – это отпад! Людей совсем не боятся. Подпускают вплотную. Я тоже пообщался с адельками. Интересно ведь.
Да и многие ходили к ним в колонию, хоть и не первый раз были здесь. Вернулся я на борт полный восторга. Здорово ведь увидеть настоящих пингвинов не в зоопарке, а вот так рядом с собой в их естественной среде. Они такие забавные, как маленькие человечки, глаза добрые и умные. И вот значит, возвращаюсь я, а через час, примерно, заступать на вахту.
Как только заступил я на вахту, прибегает на мостик вахтенный матрос и просит из аптечки бинт, йод и вату. Поинтересовался, зачем мол, кто-то поранился? А он отвечает, что прибежал с берега Павлик – гидравлик с окровавленной рукой, и орёт, что его покусал пингвин.
Вот те раз! Как это? Разве пингвины нападают на людей? Интерес меня разобрал. Спустился вместе с матросом к трапу. И правда, стоит Павлик и зажимает левой рукой рану на правой кисти. Кровища капает на палубу.
А доктора как раз не было. Он улетел на вертолёте на станцию, повидать корешей, с которыми раньше зимовал здесь. Вот и пришлось нам оказать первую помощь пострадавшему.
А дело было так. Павлик, как и многие, тоже изъявил желание сходить в гости к пингвинам. Желание понятное, дело занятное. Пошёл и пошёл, ну и ладно. Посмотрел, полюбовался, покормил хлебушком и хорош. Так ведь нет, он захотел их ещё и потрогать. Вот дурень! Они же дикие! Они этого не любят. Смотреть, смотри. Это они не против, а вот руками трогать не моги. Обидятся. Вот первый же пингвинчик и приложил ему клювом по ладони. Да так долбанул, что насквозь пробил.
Павлик взвыл как оглашенный и помчался на пароход, оставляя за собой кровавый след. Примчался и навёл панику. Пингвины, мол, на него напали. Понять сразу невозможно. Он орёт. Больно ведь. Кровь хлещет. Фильм ужасов, да и только! Ну, кровь мы ему уняли. Залили рану перекисью, йодом обработали и забинтовали потуже. Влили в него пол стакана обезболивающего. И только тогда он, успокоившись, рассказал, что и как.
Вот тебе и птички. Добрые и ласковые. Но дикая природа не прощает фамильярного к ней отношения.
И пусть ты человек – венец творения, а руки нечего распускать!
В дальнейшем рейс прошёл без происшествий. Но будут ещё и другие экспедиции, о которых я напишу.
Не пропустите.
До встречи.