Едем в такси по Акабе. Не в моем, просто в такси, в незнакомом. Водиле очень хочется поговорить, но по правилам говорить ему можно только с мужчиной, а мой мужчина по-арабски — увы. Вынужденно пару раз односложно отвечаю, потом демонстративно совсем перестаю, в машине тишина и саудовская музычка.
Доехали. Дядька упорно не хочет расставаться и аккуратно пытается узнать, кто мы такие, подозревая в нас американцев. Ру́сия, – говорю. – Ру́сия Дальше — десятки раз виденный взрыв эмоций, рот до ушей, большой палец вверх! Ещё дальше: "Пути́н! Пути́н! Ру́сия, Пути́н – вери гуд!!!" А ещё дальше — не виденное, то есть не слышанное ни разу (перевожу на русский): "Путин – это как Саддам Хусейн! Мы любим Саддама, он лучший. Путин — как Саддам, мы его любим!"
Понятия не имею, как реагировать. То есть внешне-то – ясно, а на самом деле? И вообще, понравилось бы ВВП такое вот "лестное" сравнение с действительно любимым иорданцами Саддамом? Кстати, не раз пыталась услышать, почему они его так любят.